Вся пани Иоанна. Том 1 [компиляция]

— Ломжиняки, — сказал снисходительно полковник. — Что им было скрываться, о них весь мир знает. Эти блондинчики то есть. Третьего, тёмного, я не знаю. Наверное, охранник, потому что они с охраной ходят.

Кошмарный грохот дверей заглушал дальнейший разговор, потому что таинственным образом он создавал эхо, и атмосфера становилась невыносимой. Один мужик, вообще-то спокойный и тихий, поссорился с паном Вальдемаром насчёт завтрашнего победителя дерби. За перегородкой трое за столиком ругали друг друга на чем свет стоит, причём исключительно сельскохозяйственными ругательствами. В ход шли сплошь бараны, свиньи, ослы и козлы вонючие. Один из них внёс некоторое разнообразие, обозвав оппонента «бородой висельника». Парень Моники пропал из поля зрения, смешавшись с толпой. Моника на бегу шепнула мне, что в паддоке она высмотрела Каллу с Веером. На Калле скакал Сарновский; по рассказам новенького, его в той забегаловке не было. Судя по описаниям свидетеля, там могли сидеть Бялас, Ровкович и Замечек. Однако Сарновского могли подкупить в других обстоятельствах или при посредничестве Бяласа.

Касс было слишком мало; даже если все работали одновременно, к ним стояли очереди. Я бросила на прогуливающегося неподалёку председателя попечительского совета недобрый взгляд, но его рука на перевязи не позволяла мне высказать все, что я о нем думаю. Я подумала, что завтра в кассах будет ещё хуже, придётся приходить пораньше и ставить кучей на целый день…

Мне удалось вернуться к своему креслу перед самым началом второй скачки. Двери выдавали орудийные залпы. Моника уже сидела сзади. Когда я уселась, она наклонилась ко мне и прошептала:

— А знаете, этот Гжесь мне очень нравится.

— И вы ему тоже, — заверила я её. — А откуда вы знаете, что я знаю?..

— А у меня такое впечатление, что вы все знаете…

— Он женат?

— Ну что вы! Какая жена согласилась бы на такое?!

— Это очень хорошо…

— Я все думаю, не поставить ли мне на Деция, — рассеянно сказала пани Ада. — Но что-то меня останавливает..

Я раскрыла программку и посмотрела на третью скачку.

— И правильно вас останавливает. Если бы не Гезик, Деций выиграл бы, — ответила я. — Гезик у него все шансы отбирает.

Гезик был совершенно чудовищным жокеем. Ему почти удалось набрать побед для звания практиканта, но он уже был недалеко от пенсии. Антиталант на уровне покойника Дерчика. Известно было, что лошадь с Гезиком в седле можно выбросить на помойку. Однако каждый год случалась такая скачка, в которой Гезик выигрывал в роли чудовищного фукса. К тому же по неизвестной причине его всегда сажали на хороших лошадей. Эх, кабы не Гезик… Бедный Деций! — Там кто-то с седла слетел! — крикнул Вальдемар. — Который?

Я схватила бинокль.

— Красный — это Глебовский, — сообщила я всем. — А соскочил Машкарский, он на Тарлтоне скачет. Но пока со старта не ушёл.