Осторожно, двери открываются
- Автор: Вэйн Кэтрин
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Selfpub
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Осторожно, двери открываются». Краткое содержание книги:
История о трудностях творческих людей и чувствах, которых мы часто избегаем.
Содержит нецензурную брань.
– Есть ли в тебе человеческое, когда ты слова доброго не скажешь мне по собственной воле, а? А есть ли человеческое в людях, которые запинать за то, что я гей готовы? Есть, скажи мне? – он наклонялся ниже, ниже, пока тёмно синие глаза не оказались на уровне её глаз, а губы у самых губ, почти вплотную. Всё хотел вложить слова в голову Тани и донести их так, как сказал. Вбить гвоздём.
– Ты никакого слова сказать мне не даёшь. Добрая воля? Я скажу, а ты ударишь. Правду скажу. А ты всё равно ударишь. И всем, Лёша, всем было всегда всё равно кто какой ориентации. Пока ты хочешь, чтобы они знали, кто ты такой, они будут тебя уничтожать. Ты сам себя не любишь, какой любви и уважения ты ждёшь от других? Они не могут видеть тебя хорошим.
И в голубых глазах за всеми прикрытиями была заметна паника. Ещё вчера Лёша с этим парнем был в одной постели. Подвозил его на занятия, целовал на прощание, получал удовольствие от его рук на бёдрах. Теперь его нет. И всегда он сам просил – "покажи мне, что такое секс под кайфом". Теперь не попросит. Таких как он было много. Но они были и есть, а его больше нет. И они продолжают мелькать перед глазами в театре, училище, в ресторанах. А его больше не будет, нигде. Заметно нижняя губа задрожала. Виновен, но всегда страшно сказать это самому себе. Признать преступление. Мальчик Лёша не мог… Не мог…
– Он умер лишь потому, что не умел говорить "нет", – парень прошептал, снова и снова девушку в кресле прижимая к стенке.
– Он умер, потому что ты его вынудил сказать "да".
– Ничего я…
– Ты своим примером показал, как это круто быть нарасхват и под кайфом. Как это классно нюхать и репетировать. Напомнить, как ты уговорил меня на… ЛСД с виски?
Таня бы никогда не вспомнила, если не одинаково режущая боль периодически в плечах.
Три года назад.
В кабинке туалета в клубе Лёша встряхнул её хорошенько за плечи. Сильные руки крепко держали за горло у стены и глаза бешено метались из угла в угол.
— Не будь дурой. Не будь такой скучной сукой. Всего один раз.
А ей же просто хотелось уйти. Оставить своего парня в пьяном дыму, спуститься в метро и быстро домой. Сбежать из комнат, залов насквозь пропахших перегаром и чем-то незнакомо тяжёлым. Подальше от пафосных уродливых психов, где Таня была слишком скучная.
— Отпусти, я не буду этого делать.
Алексей опять стряхнул свою девушку. Так, что кость на её шее хрустнула. Больно.
— Да как ты не понимаешь, идиотка, такая тихая, умная, правильная, ты нахрен никому не нужна. Тебе ещё работать в будущем с этими людьми. Будешь выпендриваться, никто тебя не примет. Это же просто: таблетку на язык и глоток виски. Давай же.
Отмахнувшись от рук, Таня прижалась к стене. Кружится голова. Сегодня был день долгих занятий, прослушиваний. Тело устало. Она устала. И этой вечеринки никогда не хотела.
В руках Алексея оказалась нужная пилюля. Он схватил Таню за волосы, чтобы закинуть её голову назад. Сквозь сжатые зубы вкрошить опасные частицы в уставший организм, заставив девушку прохрипеть невнятное – "не надо".
— Проглоти, живо! Давай, малышка, вот умница.
По подбородку Тани бежит струйка виски, смешиваясь с холодными слезами. Плохо. Уже. Здесь. Сейчас. В этом вонючем, тесном туалете. А бежать и некуда. В радиусе двадцати тысяч километров нет никого, кто может спасти. А всё те же зверские пальцы держат волосы в кулаке на коротком поводке.
Как в ту ночь, Таня часто задышала. Танцор поднимал её руки и всё сильнее, сильнее сжимал запястья. Надо было, чтобы она закрыла рот.
– Это был лишь раз и ничего не произошло.
Таня усмехнулась, опустив голову. Никогда. Он действительно никогда не знал, что такое быть виноватым. В ту ночь он не знал, как на диване в гостиной Таню лихорадило от боли в костях. Сердце стучало так, что кроме этого стука она не слышала ничего. Вроде живая, да, но ощущения обратные. И утром, он не знал как на следующее утро она ползала по стенке и не могла выйти из дома. Не было сил.
– А если бы произошло? Если б я умерла как он? Если бы я потеряла сознание на занятиях? Что бы было?
– Ничего не произошло! Если бы парень не переборщил с дозой…
Губы Тани задрожали. Она свела брови, не отводя глаз от танцора. Опять.
– Ты имени его не знаешь, да?
– Я забыл.
Опять.
– Нет, ты не забыл, ты не знаешь. Ты никого из тех, с кем проводишь время не знаешь. Это же так, скажи.
Ощутив, что хватка на запястьях ослабла, Таня замахнулась дать пощёчину. Нет, она была ещё не настолько сильной и смелой. Танцор вывернул её руки, крепко прижав к колёсам.