Первая спецслужба России. Тайная канцелярия Петра I и ее преемники. 1718–1825
- Автор: Симбирцев Игорь
- Год: 2006
- Язык: русский
- Год: Центрполиграф
- ISBN: 5-9524-2038-9
- Жанр: Военные
Электронная книга - «Первая спецслужба России. Тайная канцелярия Петра I и ее преемники. 1718–1825». Краткое содержание книги:
Повествование начинается со времен опричнины и продолжается описанием Тайного приказа Алексея Михайловича, Тайной канцелярии Петра I и Екатерины II, Тайной экспедиции Павла I и Особой канцелярии Александра I. Автор рассказывает о формировавших и возглавлявших их ярких и неоднозначных фигурах — Иване Грозном, Петре Толстом, коварном после-разведчике Бестужеве.
Тем не менее, активную работу российской тайной дипломатии и разведки в Крыму было уже не остановить. В результате Крым руками «русской партии» удалось сначала вырвать из-под влияния Турции Османов, а затем и повторить там польский вариант. Вместо отстраненного от престола протурецкого хана Саиб-Гирея в ханы возвели его брата Шагин-Гирея, бывшего до того крымским послом в России и завербованного российской разведкой в качестве агента влияния.
По иронии судьбы и Шагин-Гирей успел установить особые личные отношения с императрицей Екатериной, а вербовку его проводил лично граф Панин, такая уж была эпоха, когда в агенты вербовали иностранного посла лично глава государства и министр иностранных дел. Но затее Шагин-Гирея с организацией в Крыму более светского и европеизированного татарского царства в союзе с Россией сбыться было не суждено из-за подогреваемого Турцией сопротивления исламской верхушки среди татар, и опять русской армии пришлось корректировать операцию русской разведки-дипломатии. После воцарения в Крыму Шагин-Гирея протурецкая оппозиция, как и в Польше, подняла вооруженный мятеж, что было использовано как повод для захвата полуострова российской армией и окончательного присоединения его к России в виде Таврической губернии. Шагин-Гирей, выполнивший свою миссию, оказался не у дел, после ликвидации ханства он, чувствуя себя обманутым русскими, эмигрировал в Турцию, где его убили не простившие измены протурецкие радикалы из числа крымских татар — эмигрантов. Судьба последнего крымского хана и русского агента также очень напоминает судьбу афганского президента Наджибуллы. Романтик европейского Крыма Шагин-Гирей, как и романтик построения в средневековом Афганистане коммунистического государства Наджибулла, лишившись покровительства из России, дорого заплатили за свои иллюзии. В истории разведки масса таких временных параллелей, иногда имеющих просто пугающее сходство.
Вот еще один эпизод деятельности российской разведки-дипломатии из екатерининских времен, очень перекликающийся с нашей сегодняшней действительностью. Российский посол в Турции Яков Булгаков в своей тайной депеше сообщает в Санкт-Петербург о том, что из пределов Османской империи на российский Кавказ отправляется самозванец и авантюрист, выдающий себя за посланца пророка Мухаммеда и имеющий задание турецкой разведки поднять среди горцев антироссийский мятеж. Перехватить этого эмиссара не удалось, так называемый шейх Мансур вскоре действительно объявился в кавказских горах и поднял широкомасштабный газават в горной Чечне, Дагестане и Кабарде, так похожий на нынешние чеченские события. Только спустя год крупные военные силы империи разгромили войско Мансура, а сам он был пленен казаками, доставлен в Санкт-Петербург и умер в каземате Шлиссельбургской крепости.
При этом такая деятельность российской дипломатии, вынужденной выполнять и функции внешней разведки, хотя по нынешним канонам и является грубым вмешательством в дела иностранных государств и считается в мире дипломатии недопустимой, но во времена описываемых событий это было нормой. Дипломаты всех держав прошлых веков вели себя подобным образом и не отделяли себя от разведчиков.
Такие же операции проводились и представителями официальных посольств иностранных государств в самой России. Тому можно привести массу примеров, в том числе и с еще большим процентом коварства или вмешательства во внутрироссийские дела, но нас сейчас интересует процесс становления спецслужб России. В качестве самого яркого и дерзкого по исполнению примера такой операции иноземных разведчиков в Российской империи приведем лишь известный «заговор послов» середины XVIII века. Истинный, в отличие от раздутого ленинской ЧК «заговора послов» против Советской России в 1918 году. Видя скорый конец больной императрицы Анны Иоанновны и узнав о заговоре части российской знати в пользу дочери Петра Великого Елизаветы, Швеция и союзная ей Франция дали своим послам указание связаться тайно с заговорщиками и использовать их дело в своих интересах. Шведский посол в Москве Нолькен и его французский коллега Шетарди действительно встречались с эмиссарами Елизаветы Воронцовым и Лестоком, а затем, по некоторым сведениям, и с самой будущей императрицей. При этом они вели себя в точности как и российские дипломаты-разведчики в Польше и в Крыму, обещали передать для заговорщиков большие суммы денег, в случае необходимости двинуть на помощь заговорщикам шведские войска из Финляндии, а в крайнем случае обещали политическое укрытие в своих странах Елизавете и ее соратникам по борьбе с Анной и Бироном.