Четвёртый Рим

Один день. У меня остаётся всего лишь один день прежней, налаженной жизни, к которой я так долго не могла привыкнуть, когда Мика с Ромкой уехали — а теперь боюсь потерять эту маленькую хрупкую стабильность.

Нет, я, конечно, жду их! Я безумно соскучилась и бесконечно прокручиваю в воображении тот момент, когда самолёт приземлится в нашем аэропорту, и мы с Микой встретимся в зале прибытия, я обниму ее и долго не буду отпускать. А после она снова станет только моей — будет жить в своей старой комнате, завтракать и ужинать вместе со мной, перед сном мы сможем болтать обо всяких глупостях, а на выходных — гулять или смотреть фильмы, лежа под одним одеялом, а я буду заплетать в косички ее непослушные кудри или просто долго-долго их расчёсывать и тайком целовать в макушку.

На воскресенье я отключу телефон и не притронусь к нему, пускай даже у самых нетерпеливых клиентов вроде Аллочки случится срыв или экзистенциальный кризис.

В стремлении помочь другим я совершенно запустила собственную жизнь — пришло время позаботиться о себе, о самых любимых людях, которыми я бездумно жертвовала ради работы, экспериментов, всего того, что я так люблю, но…

Их я все равно люблю больше. И они для меня главное.

Я говорю «они», а не «она», конечно же, понимая, что главная причина моих страхов — это Ромка, возвращающийся с Микаэлой в родной город, где он не был больше четырёх лет, а теперь — остаётся на целый месяц. Мы будем общаться каждый день, несмотря на то, что заранее договорились — у каждого из нас своя жизнь, свои планы и дела.

Но за прошедшие годы я хорошо усвоила одно правило — с ним никогда не знаешь, куда вывернет ситуация, когда ты потеряешь контроль над ней. Да, можно упиваться своей осознанностью, тем, что выучила его приёмы и манипуляции, что ты давно не глупенькая девочка, слетающая с катушек по первому щелчку пальцев — но в какой-то момент обязательно поймаешь себя на том, что снова играешь по его правилам. И мгновение, когда ты утратила бдительность и опять попалась на крючок, невозможно отследить.

Поэтому я жду и ужасно боюсь их возвращения, понимая, что у меня нет никакой власти над ситуацией, сколько бы я ни убеждала себя в обратном. Все равно будет так, как захочет Ромка — остаётся надеяться на то, что окончательно разрушить мою жизнь и психику не входит в его планы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Один день. Всего лишь один день…

Наш последний созвон с Микой похож на прежние разговоры — неторопливый и неспешный. Мне не приходится искать ее через видео-звонки на мобильный, она в который раз не отменяется в последний момент. И она, и я — обе дома, в уютно-расслабленной атмосфере. Я — с целой упаковкой мороженого, которое поглощаю ложками, сидя в рабочем кресле (сегодня я не хочу, чтобы это место ассоциировалось у меня с работой), она — на диване в пижаме перед сном, поставив лэптоп просто на колени.