Пастораль с лебедем

Чем одарят родители невесты родню Тудора, если все, даст бог, обойдется? Пучком розог! Да-да, и первая хворостина прогуляется по женихову хребту. Лучше здесь обиду выскажем, в лицо, чем потом браниться. Что, приданое?.. Ишь чего, кто в наше время о приданом скорбит? Бросьте вы, у дочки нашей есть учительский диплом? Есть. Не кривая, не хромая — чай, не из последних, неужто добра себе в дом не наживет? А жених у вас кто? Простой шоферюга, всей-то гордости, что первого класса да справа от него иногда майор сидит. Эка невидаль, баранку крутить, таких спецов на каждом углу… Судьба? Господь с вами, не смешите, кто сейчас верит в судьбу… Просто к слову пришлось, вспомнился Кручяну — ему, видать, на роду было написано, что найдут мертвым на тропинке, когда побредет хмельной из буфета.

Ну, то его судьба, а мы сами себе хозяева, глупее глупого пускать жизнь на самотек, мол, чему быть, тому не миновать. Что скажешь, Мара? Мда. Ну, не верят в судьбу наши молодые — силком не заставишь. Как-никак ребята не на пустом месте начинают, дом есть, зарплата в кармане, служба почетная. Не зазорно позвать на свадьбу и председателя колхоза, и пожарного майора. Пусть даже кто-нибудь из них обвенчает молодых. Чтобы шума не подняли, договоримся с попом, обвенчаем ночью. Председателю и в церковь не придется показываться, жена вместо него отстоит службу. Не мешает пригласить в посаженые отцы человека достойного, авторитетного: где начальники в гостях, там и разговоры другие, и музыканты стараются, и гулянье культурное, подарки опять же под стать…

Если председатель пойдет в посаженые, ей-ей, сват Никанор, разобью свадебный шатер на целый гектар, чтоб мне лопнуть! Ковров понавешаю — сколько в доме наберется и по селу пройду, соберу, не откажут люди. Одна дочка у меня, и свадьба раз в жизни играется, на глазах у всех, и руководить должен посаженый… Свадьба и посаженый — это как Александр Македонский со своею пехотой. Трех фотографов наймем, пир горой закатим на неделю!..

Так, наверное, следовало выступить отцу невесты, будь он понапористей, как Кручяну, но Ферапонт, по-чабански терпеливый, сидел понурившись и ждал, авось само как-нибудь раскрутится… Что и говорить, Кручяну давно бы жениха окоротил!

Каждому торжество виделось на свой манер. Они готовы были расписать от начала до конца, к которому часу собираться гостям в доме во дворе жениха, когда какие тосты говорить, когда какое блюдо подавать, а уж как за столом гостей рассадить, чтобы никого не ущемить, не обидеть — это уму непостижимое дело!