Сочинения в 3-х тт. Том 3

— Да. Теперь я вспомнил. — Данди медленно кивнул голо вой. — Где он теперь?

Спейд пожал плечами и начал сворачивать сигарету.

— Разузнай. — Данди подтолкнул локтем Тома и продолжил: —Ну, хорошо, но если здесь его уже не было в половине четвертого, а этот парень был еще жив без пяти четыре…

— Проверь, когда были принесены газеты, — обратился Данди к О’Хару. Тот кивнул и вышел из комнаты.

— Гм, — пробормотал Мак, рывшийся в секретере, и повернулся, в одной руке держа конверт, в другой — листок бумаги.

— Что-нибудь интересное? — спросил Данди и взял листок.

Записка была написана карандашом, аккуратным, но неразборчивым почерком: «Когда это письмо попадет к тебе, я буду слишком близко, так что на этот раз тебе сбежать не удастся Мы еще сочтемся. Навсегда».

Вместо подписи стояла звезда с буквой «Т» в центре — знак, нарисованный на груди убитого.

Данди перевернул конверт с французской маркой. Адрес был напечатан на машинке:

«Макс Блисс, эсквайр. Амстердамский жилой корпус, Сан-Франциско, Калифорния, США».

— Брошено в Париже, второго числа этого месяца, — Данди быстро посчитал по пальцам. — Должно было прийти сегодня. Ну, ладно. — Он медленно сложил записку, вложил в конверт и сунул в карман пальто.

— Продолжайте искать, — приказал он.

Кивнув головой, Мак вернулся к секретеру.

— Теодор Блисс вышел из тюрьмы пятнадцатого числа прошлого месяца. Я просил их узнать, где он находится сейчас, — сказал Том и опустил телефонную трубку.

Теперь Спейд подошел к телефону и, набрав номер, попросил мистера Дарелла.

— Привет, Гарри! Это Сэм Спейд… Прекрасно. Как поживает Ли?.. Да… Послушай, Гарри, что означает звезда с буквой «Т» посередине? Что?.. Как ты это расшифровываешь?.. Да. Понятно… А если ее находят на теле убитого?.. Я тоже нет. Да, и большое спасибо. Я тебе расскажу обо всем, когда увидимся… Позвони мне… Спасибо… Ну, всего. — Спейд положил трубку и повернулся. — Гарри знает массу нужных вещей. Он говорит, что эта пентаграмма с греческим тау посередине — символ, обладающий мистическим значением. Возможно, розенкрейцеры[10] пользуются им до сих пор.

— С таким же успехом это «Т» может быть первой буквой имени Теодор, — предположил Данди.

Спейд пожал плечами и небрежно добавил:

— Да, но если он хотел оставить автограф на своей работе, то мог бы написать имя полностью. — И продолжал более серьезно: — Розенкрейцеры есть и в Сан-Жозефе и в Пойнт-Ломо. Я не очень много знаю о них. Нам, вероятно, стоит заняться ими.

Данди утвердительно кивнул.

— Было ли у него что-нибудь в карманах? — Спейд посмотрел на одежду убитого.

— Только то, что и рассчитывали найти. Все на столе, — ответил Данди.

Спейд подошел и начал медленно перебирать одежду убитого: рубашка, жилет, пальто… Под всем этим на столе лежал голубой галстук. Спейд внимательно посмотрел на него.

— Он неношеный.

Данди, Том и помощник следователя — худой, небольшого роста человек с умным смуглым лицом, который все это время молча стоял у окна, — подошли, чтобы посмотреть на несмятый голубой шелк. Том тяжело вздохнул, а Данди выругался сквозь зубы. Спейд, взяв галстук, перевернул его, и все увидели ярлык одного из лондонских галантерейных магазинов.