Царь горы [СЛЭШ 18+!]

— Но ведь кто-то должен управлять государством, — возразил Драко. — Почему не он? А бизнеса у него нет, только гастроли и какие-то дела с фондом. Papá слишком занят.

— Фонд? — с рассеянным видом переспросил Гарри.

— Фонд помощи детям. Им руководит Северус.

— Я помню. Кажется, там денег дают тем, кто музыке хочет учиться?

— Ну да, стипендии, — ответил Драко растерянно, не понимая, куда клонит его собеседник. — Почему ты ничего не сказал мне о Северусе раньше?

Гарри печально посмотрел на Драко и ответил с чувством:

— Я давно сирота, а профессор не очень-то хотел знакомиться. Прихожусь ему дальним родственником по матери, жил в другом городе. Северус никогда меня раньше не видел. Думал, я от него денег хочу, а я всего лишь хотел познакомиться с дядей. Мы с ним одной крови… — в голове мелькнула мысль, что это-то не такая уж ахинея, но Гарри, не отвлекаясь, вдохновенно продолжал: — Ты ведь его крестник. Я не знал, как ты отнесешься к тому, что я появился. Я привык быть отвергнутым.

Гарри скорбно сморщился, и Драко с беспокойством увидел, как у его любовника дрогнули губы.

— Конечно я буду на твоей стороне! — воскликнул Малфой-младший с пафосом, и Гарри отвёл глаза, продолжая деревянно кривить губы. Смех — страшная сила, если не умеешь ею управлять. Он подумал, не пустить ли слезу, но решил, что это уж чересчур.

Они ещё какое-то время обсуждали его со Снейпом родство, а потом Гарри сменил тему. Историю с казино он затронул только теперь. Драко рассердился, — похоже, ему было неловко, но он поблагодарил Гарри в своей привычной, высокомерной манере.

— Завязывал бы ты с этим, — Гарри покачал головой, — без трусов останешься.

Драко запел старую песню, что он человек искусства, что у гениев непременно была слабость и что ему просто необходимо выпускать на свободу свой страстный и нервный ум.

— Смотри, чтоб твой ум с концами в лес не удрал. Убежит — хрен поймаешь, — только и ответил на это Гарри недовольно. — А если кто с голой жопой под забором валяется, так всё равно — гений он или торчок.

Драко юлил. В его тоне проскальзывали заискивающие нотки, когда Гарри забывался и говорил не сдерживаясь. Казалось, он бил лежачего всякий раз, когда становился самим собой. Драко не мог стать ему другом — Малфою не хватало смелости противостоять. Он был воспитан изнеженным мальчишкой, малейшее усилие ему казалось подвигом, хотя, по словам Снейпа, он был старательным и способным студентом. Наверное, всё дело было именно в этом — в смелости. Гарри хотел вызова, противостояния, а Драко был трусоват. Трусость в равной степени проявлялась и в его жизни, и в его исполнительстве. Гарри с удивлением понял, что в искусстве характер проявляется даже яснее, чем в общей спальне, и, возможно, поэтому Снейпу удалось так поразить его на концерте. Снейп не боялся. Он преодолевал что-то тёмное и страшное, стоял с ним лицом к лицу. Драко же играл в эту борьбу, зная, что тьма существует, но не видя её, не понимая, что она представляет собой на деле. Он, как меч и латы, носил скрипку и образ человека выдающегося, а Снейп не нуждался в амуниции. Снейп бесспорно был очень храбрым человеком.