Осада Кавказа. Воспоминания участников Кавказской войны XIX века
- Автор: Ермолов Алексей Петрович, Филипсон Григорий Иванович
- Год: 2000
- Язык: русский
- Год: Издательство журнала «Звезда»
- ISBN: 5-94214-001-4
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Осада Кавказа. Воспоминания участников Кавказской войны XIX века». Краткое содержание книги:
Книга богато иллюстрирована изобразительным материалом, основная часть которого ранее не публиковалась, снабжена примечаниями и аннотированным именным указателем.
Недолго удалось мне отдыхать. Еще было темно, когда меня разбудили, и я услышал сильную перестрелку, не со стороны Ахульго, откуда привык уже слышать; а с противоположной стороны. Хотя я с трудом мог встать на ноги, однако ж, вышел из палатки. Частые выстрелы с высот, находившихся к западу, за Ашильтою, и раздавшееся с этих высот обычное у горцев пение перед вступлением в бой («Алла иль алла») показывали, что мы атакованы с тылу неприятельскими скопищами, о сборе которых имели сведения. Стало быть, Ахмет-хан, которому было предписано охранять отряд с той стороны, не исполнил своего назначения. Неприятель, пользуясь неожиданностью нападения, начал уже спускаться с высот к ашильтинским садам. Опасность угрожала даже Главной квартире. Генерал Граббе и весь штаб уже были на площадке перед палаткой командующего войсками, и я присоединился к ним, позабыв свою усталость. Приказано было седлать лошадей, а мне — ехать к полковнику Лабынцеву, который, имея под рукой всего две роты Кабардинского полка, двинулся с ними навстречу неприятелю. Остальные роты этого полка, как оказалось, были в то время передвинуты ближе к Старому Ахульго по случаю предполагавшейся на рассвете новой попытки атаковать эту часть Шамилева убежища. Однако ж полковник Лабынцев, не ожидая приказаний, поспешно обратил оба свои батальона к атакованному пункту нашего расположения, и когда я доехал до передовых рот, то нашел, что неприятель уже выбит из устроенных им наскоро завалов. Левее двигался на высоты батальон Апшеронского полка. Все это исполнилось так быстро, что с рассветом неприятель был уже в полном отступлении, не успев даже убрать тела убитых. Только в это время спускалась с Аккента милиция Ахмет-хана. Мне приказано было вести ее вперед по следам неприятельского скопища. Но последнее отступило так поспешно, что мы не могли уже настигнуть его и остановились в 10 верстах от лагеря. Все войска получили приказание расположиться на указанных местах. Потеря наша в этот день состояла из 7 убитых и 84 раненых (в том числе 6 офицеров).
Нужно ли говорить, в каком я был состоянии, когда возвратился в свою палатку. Тут только я сообразил, чему подвергался в прошлую ночь, блуждая один по горам в таком близком соседстве с неприятельским скопищем. Прибытие унцукульских вьюков с припасами доставило большое удовольствие нашей штабной артели. В то же время прибыл и новый транспорт из Темир-Хан-Шуры. Общество наше увеличилось несколькими приезжими оттуда, в том числе состоявшими при корпусном командире подполковником Ник<олаем> Ник<олаевичем> Муравьевым (будущий граф Амурский). Зато выбыл флигель-адъютант полковник Катенин для продолжения возложенного на него инспектирования войск.
После отдыха от ночной и утренней передряги в нашем штабе вечером принялись мы снова за дело. По приказанию командующего войсками составлялось новое распределение войск по линии блокады, с выделением достаточных частей для лучшего прикрытия тыла от новых покушений неприятеля. Генералу Галафееву и отрядному инженеру Энбрехту предписывалось вести систематически саперные работы. В то же время командующий войсками был озадачен положением оставленного в укреплении Удачном вагенбурга, в котором никакой надобности уже не было; находившийся там батальон (3-й Апшеронский) полезнее было присоединить к действующему отряду. Но упразднение этого укрепления, с выводом из него всех обозов и запасов, представляло операцию нелегкую. Уже не раз неприятельские шайки угрожали нашему слабому укреплению; теперь же представлялась гораздо большая опасность, пока оставались в сборе многочисленные скопища Ахверды Магомы и Галбаца, только что отброшенные от Ахульго и отступившие к Ихали.