Месть прошлого
- Автор: Гичко Екатерина
- Серия: История о краже #3
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Месть прошлого». Краткое содержание книги:
Лекарь закрыл книгу, уложил её почему-то в шкатулку с записями хайрена Игренаэша и присел на кровать.
– Среди начинающих лекарей поверье есть, что первая сложность в ремесле, с которой ты должен будешь самостоятельно справиться, и определит твой путь. Если это будет серьёзное ранение в ногу, то станешь мастером по ногам. Если спина, значит, по спинам. Я думал, что стану мастером по мизинцам, – господин Шидай весело сморщил нос. – Первый раз без учителя мне довелось лечить оборотня, пострадавшего в стычке с вольными. Разбитая голова, стрела в груди… Трещину в черепе почему-то залатать было не сложно. Сердце остриё лишь оцарапало, такой ранкой оборотня не убьёшь. Хуже было с лёгкими. Но и с тем справился. А с почти отрезанным мизинцем я так намаялся, что уж думал совсем его оторвать и выбросить к Тёмным! Спроси меня сейчас, как голову лечил, как с сердцем разбирался, что с лёгкими делал – ничего не отвечу! А вот мизинец этот помню.
Майяри внимательно слушала лекаря, не торопила, предчувствуя, что эти детали чем-то важны.
– И как-то сложилось так, что путь мой пошёл по самой, как мне тогда казалось, пустяковой ране – по сердцу. Ну и голове ещё, но больше я был известен в Салее именно по сердцам. Ты знаешь, у нас сердца лечат в основном от ран. Боги-создатели озаботились тем, чтобы дать нам, живущим более тысячи лет, крепкие и сильные сердца, способные вынести многое. Каждая часть нашего тела обновляется в течение десятилетий, истёртые суставы молодеют, кости укрепляются, органы здоровеют… Всё это для того, чтобы к тысяче лет от нас не осталась горстка праха. Пусть мы не так плодовиты, как люди, но наши дети крепче, здоровее и дожить до совершеннолетия им проще. Врождённые недуги случаются у нас так редко, что они никого не заботят, кроме, может, родителей. Родился больной ребёнок, так, может, для него и благо умереть в нежном возрасте, не успев вкусить разочарование неполноценной жизни? Нож в сердце – куда более частая болезнь для долгоживущих рас. Поэтому мы знаем его строение, но плохо представляем причины, по которым оно иногда отказывается работать у новорождённых. За всю свою жизнь я знал только восемнадцать оборотней, которые родились с плохим сердцем. Среди них был Ранхаш и… – Шидай запнулся и помрачнел, – и кое-кто ещё. Признаюсь, врождённые проблемы сердца меня мало интересовали, пока у меня на руках не описался Ранхаш.
Почти убаюканная рассказом Майяри непонимающе моргнула, а лекарь почему-то ехидно посмотрел на закрытую дверь.
– Уже после рождения стало ясно, что с Ранхашем что-то не так. Очень вялый, болезненный, с плохой реакцией и малым весом. Лекари тут же его проверили и выявили редкую проблему – отклонения в строении сердца. Небольшие, но сердце – тот орган, механизм которого должен быть безупречен. А теперь представь его мать, – взгляд лекаря похолодел. – Её ребёнок родился с редчайшей болезнью. Именно её сын, которому она пророчила блестящее будущее. Она не могла и не хотела верить, что такая женщина, как она, могла родить нежизнеспособного ребёнка. Если Руахаш посчитал, что боги наказали его, то Менвиа решила, что оскорбили. Она была вне себя от ярости и гнева! Родить ребёнка с болезнью, от которой страдают слабосильные люди… – Шидай помолчал, переживая внутри вспышку гнева, и уже спокойнее продолжил: – Наверное, её можно понять. Всё-таки воспитывали её с мыслью, что она особенная, что достойна только лучшего, чуть ли не сами боги обязаны оказывать ей покровительство… Наверное, можно было бы понять, но я не могу. Настолько не могу, что готов шею ей свернуть!
Майяри подалась ближе к вскипевшему оборотню и прижалась к его боку.
– Я тоже не понимаю, – призналась она, и лицо Шидая смягчилось.
– Странный ты ребёнок, Майяри, – мужчина приобнял её. – Ты росла в суровых условиях, но в тебе нет жестокости.
– Она во мне есть, – не согласилась девушка.
– Я не про эту жестокость, – улыбнулся лекарь. – Я про жестокость, которая растёт из себялюбия. Себя тоже можно любить по-разному. Иногда эта любовь возвышает тебя, а порой затмевает глаза и ослепляет разум. И ты уже никого, кроме себя, не видишь. Ты видишь, Майяри. Поверь, видеть – это хорошо. Если ты видишь других, то твоё собственное отражение день ото дня будет красивее и заглядывать в зеркало станет приятнее. Поверь старому волку. У меня были моменты, когда я в зеркало смотреть не мог. Именно в такой период я и познакомился с Ранхашем. Шерех, видать, решил, что раз и у Ранхаша, и у меня шансы на жизнь низкие, то сложенные вместе мы как-нибудь выберемся. И ведь не прогадал, старый пройдоха! – Шидай рассмеялся. – Уже через три месяца я составил первый вариант печати. Прислушивался к сердечку моего мальчика, – в голосе мужчины разлилась нежность, – поправлял его ритмы, чтобы Ранхаш не задыхался и не деревенел от боли, и рисовал. Тогда она ещё была очень несовершенная, но с годами я её доработал, правда, появилось много лишнего, побочные эффекты… В целом не страшно, но иногда неудобно. Мне неудобно, – Шидай опять бросил красноречивый взгляд на дверь.