Месть прошлого

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ В спальню стремительно зашёл Шидай с маленькой рюмочкой в руке. Зелье в ней имело зеленовато-жёлтый цвет и остро пахло малознакомыми – но всё же знакомыми – фруктами.

– Бешка сказал, от бабьих слёз дюже помогает!

Майяри, сперва неподкупно поджавшая губы, после упоминания Бешки позволила влить напиток себе в рот и мгновенно скривилась. Обоняния Ранхаша коснулся бражный дух.

– Ей, в отличие от тебя, можно, – ответил Шидай на укоризненный взгляд сына. – Будет весёлая, но безобидная. А потом и спать захочет.

– Зачем вы мне это дали?! – возмутилась Майяри, обретя наконец возможность говорить.

– Для успокоения и расслабления, – пропел лекарь. – А теперь отпусти Ранхаша. Пусть снимет хотя бы плащ. А тебе сейчас чулки найду.

Девушка очень неохотно отпустила харена. Пока он снимал плащ, она немного пришла в себя, обдумала своё поведение и самую малость смутилась. Разревелась зачем-то… Да, очень-очень страшно опять потерять близкого. Она потеряла брата, не смогла сохранить ту дружбу, что была у них с Виидашем. У неё было мало привязанностей, и каждая из потерь – даже если она воображаемая – оборачивалась бездной ужаса. А сейчас было ещё страшнее, ибо от опасности, что грозила харену, Майяри защитить не могла. Здесь она беспомощна!

– Как вы могли радоваться, когда харену доставляли беспокойство? – набросилась она на лекаря, едва тот показался из гардеробной. – Вы же знали. Почему вы позволяли ему волноваться? Почему не сказали мне? Я же столько раз… – Майяри охнула, вспомнив, что господину Ранхашу стало плохо, когда он узнал о её побеге.

– Что за малодушная паника? – полушутливо-полугрозно вопросил лекарь. – Полный покой ещё никому блага не приносил. Только физическое и моральное усыхание. Мелкие досадные раздражители только на пользу идут. Вон смотри, какой он крепкий! Сама же говорила мне, что уж кого-кого, а Ранхаша точно нельзя назвать слабым.

Майяри поверить не могла, что когда-то сказала такие слова.

– Так всё в порядке? – недоверчиво, но в то же время с надеждой переспросила она. – Эта печать с того времени, когда она была нужна? Сейчас не нужна?

– Не нужна, – уверенно заявил Ранхаш. И получил скомканными чулками в лицо.

– Он соврал?! – подобралась Майяри.

– Вот если бы! – вспылил Шидай. – Ведь он уверен, что она ему не нужна! Поэтому как бы не врёт.

– Госпожа Майяри, это не стоит ваших слёз, – голос харена прозвучал в обычной манере, суховато и оттого успокаивающе. – Последний приступ, очень слабый, был более пятидесяти лет назад.

– Но совсем недавно этот срок едва не сократился до месяца, – Шидая выводило из себя то, с каким пренебрежением мальчишка относился к собственному недугу.

– Я хочу всё знать!

– Не думаю, что стоит… – начал харен.

– Вы сами отдали своё сердце мне! Раз оно моё, значит, я должна всё знать!