Потерявшая разум. Откровенная история нейроученого о болезни, надежде и возвращении [litres]
- Автор: Липска Барбара, Макардл Элейн
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Альпина
- ISBN: 9785961478556
- Переводчик: Анастасия Макарова
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Потерявшая разум. Откровенная история нейроученого о болезни, надежде и возвращении [litres]». Краткое содержание книги:
Нейрофизиолог Барбара Липска посвятила жизнь изучению работы центральной нервной системы при психических расстройствах, но однажды нарушения психики начались у нее самой (причиной была метастатическая меланома мозга). Будучи опытным специалистом, Барбара пыталась анализировать, что с ней происходит, не опускала руки, не сдавалась. Она не только успешно справилась с изматывающей болезнью и вернулась к исследовательской деятельности и соревнованиям по триатлону, но и поделилась с читателями уникальным опытом, показав каждый этап происходивших с ней изменений.
Книга, написанная Барбарой в соавторстве с журналисткой Элейн Макардл, посвящена не только и не столько борьбе с тяжелым заболеванием. Это очень искренняя, захватывающая и вдохновляющая история о мужестве, любви, преодолении трудностей, поддержке, понимании и принятии себя.
В офисе я присела позавтракать овсянкой из цельнозерновой крупы, которую прихватила из дома, и протянула руку, чтобы включить компьютер. И тут у меня внутри все сжалось.
Моя правая рука исчезла.
Я ее не видела. Она пропала.
Я подвинула руку влево.
Вот же она! На месте!
Но когда я подвинула руку к правому нижнему углу клавиатуры, она снова пропала. Я повторила это несколько раз, но результат был тот же: как только рука попадала в правый нижний угол моего поля зрения, я переставала видеть свою кисть, как будто ее отрубили в районе запястья.
Я окаменела от ужаса и снова и снова пыталась вернуть «пропавшую» руку. Но она исчезала, как только оказывалась в слепой зоне. Это было похоже на какой-то пугающий фокус, завораживающий и совершенно необъяснимый, разве что…
Опухоль мозга.
Я сразу же попыталась выбросить эту мысль из головы.
«Нет, – подумала я. – Не может быть. Это просто невозможно».
Я была абсолютно уверена, что победила рак груди третьей стадии в 2009-м и меланому стадии 1В три года назад. Но и рак груди, и меланома часто образуют метастазы в мозге. Я понимала, что наиболее вероятное объяснение этой внезапной потери зрения – опухоль в затылочной доле, в той области мозга, которая контролирует зрение. А еще я знала, что опухоль мозга с метастазами – очень плохая новость.
Но это было бы слишком жестоко и смертельно опасно, требовалось найти другое объяснение. Например, побочное действие антибиотика, который я тогда принимала против инфекции. Я быстро погуглила «доксициклин» и, конечно же, среди его побочных эффектов – хоть и очень редких – нашла проблемы со зрением и галлюцинации.
«Ну конечно! Вот в чем все дело», – сказала я сама себе и, успокоившись, пошла в переговорную, где должна была встретиться с учеными из других университетов. Когда все прибыли, мы приступили к обсуждению новых данных о том, как работают гены в префронтальной коре мозга у больных шизофренией.
Но я никак не могла сосредоточиться. Когда я смотрела на экран проектора или лица коллег, какие-то фрагменты картинки исчезали, она выглядела как полотно сюрреалиста или пазл с потерянными кусочками. И хотя это происходило только в четвертой части моего поля зрения, эти пробелы приводили меня в ужас.
Внутри моей головы как будто появилась черная дыра с чудовищной гравитацией, которая засасывала меня, возвращая к той мысли, которую я гнала прочь.
Опухоль мозга.
Я изо всех сил пыталась сделать вид, что участвую в обсуждении. Но в голове уже крутилась только одно. Опухоль мозга. Опухоль мозга. Опухоль мозга.
После часа мучений я выскочила из переговорной и побежала к себе в кабинет. Какое-то время я сидела, прислонившись лбом к холодной поверхности стола, и пыталась осмыслить эту жуткую ситуацию. Я крутила ее и так и эдак, заходила с разных сторон и искала другие причины, но у происходящего было лишь одно вероятное объяснение – самое страшное.
Мне нужно было уйти. Попасть домой. Я кинулась на парковку и, сев в машину, помчалась в Аннандейл. Всю дорогу сердце колотилось и выпрыгивало из груди.
Дома все уже было готово к поездке: лыжи и шлем, собранные чемоданы. Я в последний раз окинула взглядом свои заметки и груды материалов для конференции, которые нужно взять с собой. Следующим утром я должна была лететь в Биг-Скай, в Монтану, на ежегодную зимнюю конференцию по исследованиям мозга. В этом году меня выбрали президентом конференции, и я была главным организатором съезда, на котором соберутся пятьсот нейрофизиологов со всего мира. Я должна была также выступить с приветственной речью, которую очень тщательно подготовила.
На протяжении двадцати четырех лет я каждый год ездила на эту конференцию, которую очень люблю за возможность после работы насладиться свежим горным воздухом. Ранним утром мы слушали доклады о работе мозга, психических заболеваниях и наркозависимости. Потом – перерыв на несколько часов, во время которого можно покататься на лыжах и поболтать с коллегами, поднимаясь на склон на фуникулере. А после обеда мы снова собирались вместе и частенько засиживались за работой до позднего вечера.
В тот раз я ждала поездки с особым воодушевлением – в конференции участвовал мой сын Витек. Мы собирались вместе работать, а потом кататься на лыжах с Шайенн. Прогноз погоды был отличный: следующие пять дней обещали снег. Мне не терпелось оказаться на трассе. Я почти чувствовала, как, разрезая морозный воздух и лавируя между деревьями, скольжу вниз по склону – ледяной ветер обжигает лицо, а ослепительные облачка снега разлетаются по сторонам.