Первая гражданская война в Риме

Внимание гражданской войне 80-х гг. до н. э. уделил в своей монографии «Сулла и кризис Республики» итальянский исследователь Э. Вальджильо[90], который, несмотря на цитированное выше мнение Г. Беннета, продолжает воспринимать интересующие нас события как противостояние аристократической и демократической «партий». Подробно рассмотрев законодательство П. Сульпиция, который, по его мнению, оказался орудием в руках Мария, он расценивает предложение передать последнему командование как незаконное, ибо тем самым нарушались прерогативы сената, подтвержденные законом Гая Гракха. Он связывает закон о правах италийцев с их численным ростом, в отношении которого он принимает предложенную К. Ю. Белохом (но без ссылки на него) цифру в 963, а не в 463 тысячи граждан, как у Иеронима, применительно к цензу 86 г. до н. э. (см. ниже, с. 221). Рассматривая события 85―84 гг. до н. э., Э. Вальджильо, в отличие от многих других ученых, считает, что именно неуступчивая позиция будущего диктатора привела к началу в 83 г. до н. э. нового этапа гражданской войны.

В 1950―1960-х гг. появилась серия работ Э. Бэдиана по истории начального этапа гражданских войн эпохи Республики, серьезно повлиявших на исследование событий 90―80 гг. до н. э.[91] Американский ученый обосновал тезис о том, что во время своих консулатов в конце II в. до н. э. Марий создал вокруг себя группу поддержки, в которую вошло немало нобилей (Кв. Катул, М. Антоний, П. Красс и др.). После разгрома движения Сатурнина он отнюдь не был уничтожен в политическом отношении, как утверждал еще Т. Моммзен, сохранив определенное влияние, но со временем почти все его бывшие сторонники перестали оказывать ему поддержку, и именно на них в первую очередь обрушились репрессии после взятия Рима Цинной и Марием. Кроме того, Э. Бэдиан, рассмотрев данные источников о трибуне 88 г. до н. э. П. Сульпиции, поставил под сомнение существование при нем т. н. «антисената», о котором пишет Плутарх. Ученый развил предположение Э. С. Грюэна о том, что закон Сульпиция о возвращении изгнанников имел в виду жертв не lex Variae, как обычно считалось и считается, a lex Licinia Mucia. Анализируя политическую ситуацию после отбытия Суллы на Восток, Э. Бэдиан отмечает, что никто не считал будущего диктатора защитником знати, которая не пошла за ним, шокированная его методами в 88 г. до н. э. (хотя в конечном счете победа Суллы, стала победой nobilitas). Если же говорить о Sullani, то таковыми считали, по его мнению, лишь людей из окружения Суллы. Кое-кто из опальных предпочел до определенного времени не присоединяться к нему, в Риме же остались многие видные нобили и даже, как полагает исследователь, сыновья некоторых из жертв репрессий, поскольку циннанский режим предпочитал сотрудничество с нобилитетом, многие представители которого пошли на это. Э. Бэдиан указывает также на отсутствие серьезных разногласий между Цинной и сенатом. Меры по стабилизации денежного обращения были выгодны всем слоям населения. В то же время, подобно некоторым предшественникам, ученый считает, что Цинна не выполнил своего обещания италийцам распределить их по всем 35 трибам, что произошло, по мнению Э. Бэдиана, лишь после его гибели. Наконец, американский ученый весьма скептически оценил попытки сенаторов в 84 г. до н. э. договориться с Суллой, сравнив их с позицией сторонников «умиротворения» агрессора в Мюнхене. Многие выводы Э. Бэдиана вызвали оживленную дискуссию, способствуя значительному прогрессу в исследовании событий 80-х гг. до н. э.