Последние дни наших отцов [litres]

Этот марш был отборочным испытанием, группа справилась с ним в полном составе. Но он оказался лишь слабым прообразом того, что ожидало их в Локейлорте. Только в Инвернессе Пэл и его товарищи по-настоящему научились методам боевых действий УСО – пропаганде, саботажу, диверсиям и созданию агентурных сетей. Помимо отличной физической формы, приобретенной в Уонборо, где многие потерпели неудачу, успех принес будущим агентам более стойкий моральный дух – теперь они верили в себя. И это было важно: занятия шли в адском темпе с рассвета до позднего вечера, а иногда затягивались на всю ночь, так что все они вскоре потеряли счет времени, спали и ели когда придется. Шотландский пейзаж, показавшийся Пэлу сказочным, быстро превратился в туманный ад – ледяной, дождливый и грязный. Курсанты постоянно мерзли, пальцы рук и ног коченели, а поскольку обсохнуть не удавалось никогда, им приходилось спать нагишом, чтобы не сгнить в своей форме.

Под командованием остервеневшего лейтенанта Питера дни пролетали как один миг. Все начиналось с рассветом. Некоторые курсанты спешно приводили себя в порядок, чтобы успеть покурить вместе и подбодрить друг друга, пока не началась физическая подготовка – борьба, бег, гимнастика. Они тренировались убивать голыми руками или страшным коротким ножом коммандос, учились приемам ближнего боя у двух англичан, бывших офицеров муниципальной полиции Шанхая.

Затем шли теоретические занятия: связь, азбука Морзе, радио – все на свете, что могло им пригодиться во Франции, всего, что могло спасти им жизнь. А Дени, Жоса, Станисласа и Лауру даже отправили на курс французской культуры, чтобы, оказавшись во Франции, они не вызвали никаких подозрений.

Обычно после обеда они практиковались в стрельбе. Научились обращаться с ручными пулеметами немецкого и английского производства, особенно с пистолетом-пулеметом “Стэн” – маленьким, практичным и легким; главным его недостатком было то, что его часто заедало. Натренировались стрелять из пистолета навскидку для скорости, не целясь в мишень по-настоящему. Выстрелить нужно было по крайней мере дважды, чтобы точно поразить противника. В Арисейг-хаусе было стрельбище, здесь они могли отрабатывать навык на подвижных мишенях в человеческий рост, закрепленных на рельсе.

Однажды под вечер какой-то старый опытный браконьер, привлеченный в помощь правительству, учил курсантов выживанию в опасных и безлюдных местах: искусству целыми днями прятаться в лесу, приемам охоты и рыбной ловли. Разбившись на пары, они несколько часов лежали, закопавшись в листья и обмотавшись камуфляжной сетью, – пытались сделаться призраками. Кто-то сразу уснул; Толстяк и Клод, прячась вместе, шептались, коротая время.