![Освобождение [ЛП] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/9/3/9/4/osvobozhdenie-lp-download.jpg)
Освобождение [ЛП]
- Автор: Лейк Кери
- Язык: русский
- Переводчик: Белль Аврора
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Освобождение [ЛП]». Краткое содержание книги:
Какие у этого могут быть последствия?
Отлучение от церкви.
Я долгие годы выслушивал ваши признания. Я знаю все самые темные секреты и молча проглатывал ваши грехи. Взамен я даровал вам прощение именем Его. Но за разделяющей нас перегородкой я не более чем человек, который уже давно сомневается в собственной вере.
Ваше раскаяние – это мой вызов: вершить правосудие, которого вы так боитесь. Несмотря на моё обличье, я вовсе не набожен и не милосерден. Я самозванец, осквернение всего того, что собой представляю. Тихий палач, что держится в тени.
Пока не появилась она.
Она видела, что я сделал. Она знает, что за человек скрывается под этим облачением, и каждый мой смертный грех. Она стала свидетелем неуправляемых пороков, которые теперь надеется использовать против меня, чтобы получить то, чего жаждет больше всего на свете.
Но мне тоже известны ее грехи. Те, в которых она не потрудилась признаться. Те, которым нет прощения.
— Папа? — спрашивает она, когда я закрываю книгу и кладу ее на стоящую рядом тумбочку. — Ты позаботишься о Филиппе, когда я умру?
Я напрягаюсь всем телом и хмуро смотрю на нее сверху вниз.
— Эй, не говори так. С тобой все будет хорошо. Химиотерапия поможет.
— У брата Дженны была лейкемия, и он умер.
— Ну, Белла, лейкемия бывает разной, и результат зависит от многих факторов.
— Но у него была такая же. И он казался намного сильнее меня. Мог за пять секунд преодолеть рукоход. Раньше у меня на это уходило двенадцать секунд, — у нее подрагивает нижняя губа, и по всему видно, что Изабелла вот-вот расплачется. — Мама зовет Филиппа надоедливым котом, поэтому, когда я уйду, кто будет его гладить, если тебе придется работать по ночам?
— Послушай, ты никуда не уйдешь. Как только твоя химиотерапия закончится, Филиппа будут гладить так часто, как он и вообразить себе не мог.
— Но если она не поможет, ты обещаешь мне, что будешь всегда заботиться о Филиппе? И когда ему будет грустно и одиноко будешь гладить его за меня?
— Обещаю.
Я моргаю, чтобы сдержать слезы, а Филипп спрыгивает с моих колен и неторопливо выходит из комнаты. Скользнув взглядом к гардеробной, я вижу лишь край задвинутой вглубь коробки. Часть меня хочет схватить бутылку виски и утонуть в этих воспоминаниях. Вытащить спрятанную в коробке книгу, и вернуть то забытое чувство, когда моя маленькая дочь лежала у меня в объятиях, а я ей читал.
Другая часть не понаслышке знает, как трудно после этого всплыть на поверхность, поэтому я встаю из-за стола и направляюсь в комнату отдыха.
Весь следующий час я занимаюсь на тренажерах, выкладываясь по полной, пока моя кожа не покрывается потом, а мышцы не горят от напряжения. Быстро приняв душ, я накладываю себе в тарелку картофельного супа с ветчиной, который днем принесла наша секретарша, Миссис Касл. Еда помогает мне привести в порядок мысли, выбраться из чёрной дыры, которая вот-вот меня поглотит.
Позже я целых полчаса лежу в постели, уставившись в потолок и пытаясь вспомнить хоть один период в своей жизни, когда мне не приходилось бы сталкиваться с чем-то таким, что шло вразрез с моей совестью. Когда я был ребенком, моя мать погибла в автокатастрофе, оставив меня на попечение тёти по отцовской линии, набожной католички, которая помогла мне пережить последующие дни, и заставила меня поверить, что я могу вести нормальную жизнь без моей мамы, не борясь с постоянным чувством вины. Повзрослев, я столкнулся с трудностями, связанными с тем, что мой отец являлся криминальным авторитетом Нью-Йорка, и меня воспитывал и готовил к жизни человек, который по определению не должен был этим заниматься. Тот же самый человек, который научил меня обманывать систему, отмывать деньги и приобретать куда больше врагов, чем друзей.
То, что случилось сегодня вечером, было еще одним испытанием. Еще одним ударом по моей совести, который я должен отложить до утра, когда могут проясниться ответы.
В наступившей тишине мои мысли возвращаются к женщине, которую сегодня стошнило в исповедальне. Какой она казалась встревоженной, а мой разум был так поглощен гневом и чувством вины, что едва мог сосредоточиться на нашем с ней разговоре. Я всегда умел откладывать на время свои проблемы и заниматься нуждами прихожан, но сегодня все обстояло иначе. Я мыслил не как рассудительный исповедник, а как человек, желающий защитить и наказать.
Бдительный пастырь, приглядывающий за паствой.
Она почувствовала, что что-то не так, прочла это в моих глазах. Я тоже видел, что ее что-то беспокоит, и мне хотелось бы все исправить и помочь ей.
К сожалению, я сомневаюсь, что теперь когда-нибудь снова ее увижу.
4.
Айви
Сквозь прозрачные занавески струится солнечный свет, согревая мое лицо, побуждая меня открыть глаза, но я этого не делаю. Боль между ног — напоминание о том, что я не одна, и мне невыносимо видеть лежащего рядом Кэлвина. Поэтому я отталкиваюсь от края матраса и ковыляю в ванную, чувствуя внизу живота сильные пульсирующие спазмы.