Отныне и в Вечность
- Автор: Стернин Наг
- Серия: Червивое яблоко #3
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Отныне и в Вечность». Краткое содержание книги:
И тут у Люкса в голове будто бы лопнула какая-то перенапряженная струна. Будто окна какие-то распахнула в нем Свена, высветив нестерпимой яркости светом самые дальние уголки его памяти. Все о чем она рассказывала, что от него хотела, все происходящее наедине между мужчиной и женщиной было ему, оказывается, давно уже знакомо и не раз испытано, и память об этом – он чувствовал, он знал! – должна была быть ему ценна и дорога. Да что там, будто плотина какая-то оказалась прорванной в его памяти. В него хлынули образы странных, но бесконечно знакомых и даже дорогих ему миров, могучих космических кораблей, людей, женщин, прежде всего, женщин, любивших его и любимых им… им?.. им, кем же еще! Ну же, ну, одно усилие, еще оно маленькое усилие и он все поймет, поймет окончательно и бесповоротно, а Свена приваливалась к нему, дрожа и всхлипывая, и ее руки, ее губы были всюду, всюду, всюду…
За окном медленно поднимался рассвет.
4
– Боже, если бы нам было так легко уладить свои дела, как Ваши, дорогой сэр актуализатор, мы были бы на седьмом небе от счастья, – сказал Флай, покосившись на Фетмена. – В чем Вы тут видите проблему?
– Но это же ясно, – удивился Генрик. – Штатным расписанием лаборатории сотрудники, которые занимались бы подбором университетской молодежи, не предусмотрены. Между тем, если этим не заниматься, как пополнять лабораторные кадры? Формально мы можем, конечно, отправить запрос в Управление кадров Его Величия, но пока они там раскачаются… да и кого они нам пришлют? Здесь же мы можем отбирать самых одаренных, самых перспективных. В конце концов, и Виддер, и эта умненькая девочка Анабель – местные, лемуры, а они сегодня мои ключевые сотрудники, начальники аналитических отделов. Да разве одни они? В наших структурах полно лемуров. Я и сам по происхождению лемур, не будем и об этом забывать.
– Вот видите, – ОС пожал плечами. – Значит, выход все-таки имеется?
– Вероятно, раз нас в лаборатории так много, но я его не вижу. Все эти сотрудники появились тут еще до меня, и я представления не имею, как эта работа была тогда организована. Секретность эта самая ваша, чертова, и никакой преемственности.
Беседа проходила в отдельном кабинете той самой таверны, куда когда-то вытаскивал Фетмена неугомонный Брандис полакомиться плонсами по чински и сладенькими молоденькими лемурками. Плонсы и сейчас исходили на столе экзотическими ароматами, правда, вот о девицах речь даже и не заходила, всем присутствующим было не до девиц.
Каждая из сторон преследовала на встрече свои интересы. Флай был в совершенной панике, поскольку накануне выяснилось, что Изегрим не просто куда-то не вовремя отлучился, а был ограблен и убит вместе с еще одним орденским проходимцем-финансистом, с которым и обделывал, по всей видимости, какие-то незаконные, но явно финансового плана делишки. Трупы обоих проходимцев были обнаружены в Рейне в сетях какого-то рыбака, чуть не свихнувшегося от такого улова, Графенбергер на все вопросы и предложения встретиться отвечал исключительно непечатно, а теперь и вовсе куда-то пропал, не оставивши никому никаких распоряжений. Фетмен отчаянно паниковал оттого, что вся ответственность за отлов объекта на Трассе могла из-за этого лечь на Брунгильду, от которой теперь всячески и отмежовывался, чтобы весьма возможный провал в этом случае не отразился на нем самом. Что касается Генрика, его личнокорыстный интерес был совершенно особенного свойства.
Дело было в том, что Жанет взбунтовалась.
Теперь, когда со смертью Изегрима ее жизни перестала угрожать опасность, Жанет не желала больше сидеть взаперти в его, Генриковых "апартаментах". Ей хотелось либо в полной мере "приобщаться" к загадочной и манящей подземной жизни (– Ах! -), либо уж, на худой конец, вернуться к привычной околоуниверситетской, в которой – что греха таить – были свои, пусть и немудрящие, но-таки удовольствия и радости. Генрик же, подсевший на ее тело, как на наркотик, уже не мыслил без нее своих ночей.