Генерал-адъютант Николай Николаевич Обручев (1830–1904). Портрет на фоне эпохи
- Автор: Айрапетов Олег Рудольфович
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-906914-73-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Генерал-адъютант Николай Николаевич Обручев (1830–1904). Портрет на фоне эпохи». Краткое содержание книги:
Автор уделяет внимание как государственным деяниям Н. Н. Обручева, которого современники называли «русским Мольтке», так и его незаурядным личностным качествам. Портрет нашего прославленного соотечественника дан на фоне исторической эпохи, охватившей время правления четырех императоров.
Русская политика на Проливах должна быть подчинена, по мнению Обручева, одной цели – занятию оборонительной позиции на Босфоре. Ни Балканы, ни Дарданеллы не должны привлекать внимание России – увлечение делами полуострова скорее ослабляет, чем усиливает империю, а овладение наступательной по положению Дарданелльской позицией не дает России оперативного простора: острова Архипелага, Мальта, Гибралтар, Суэц не давали флоту России возможность выйти в океан, да и военно-морские силы империи и ее потенциальных противников здесь были несопоставимы. Отсюда Обручев делает вывод о необходимости захвата Босфора и перехода здесь к твердой обороне: «Не осложняя и не отягчая русской исторической задачи условием непременного обладания обоими проливами, не следовало бы, без крайней необходимости, вводить в задачу и овладение Константинополем. Атака Константинополя может быть необходима лишь как средство вынудить султана уступить нам Босфор»1384.
Традиционно русская армия двигалась к Константинополю через Балканы, однако Турцию отделяли от России уже две границы, румынская и болгарская. Над балканскими коммуникациями русской армии по-прежнему нависала враждебная Австро-Венгрия. Вмешательство в балканские дела, по мнению Обручева, вообще лишь ослабляет Россию. Для нее остается только один выход из сложившейся ситуации – десант на Босфор. Осуществление такого десанта технически сложно, но все же возможно. Значительно облегчила бы эту операцию, считает Обручев, благоприятная внешнеполитическая ситуация: «Желательно, чтобы, пока горючие элементы в Боснии еще не совсем потушены, Австрия вынуждена была сунуться еще более вперед и предприняла бы намеченный ею (или Бисмарком) поход на Митровицу и Салоники. Славянофильские органы могут при этом с отчаяния кричать. Но для русского дела, с военной точки зрения, это было бы наиблагоприятнейшим обстоятельством для решительных действий. Растянув войска к Эгейскому морю, взявши на себя обузу держать в повиновении босняков, сербов, албанцев, частью греков и болгар с значительной примесью мусульманского элемента и при неизбежных происках Италии, Австрия уже не могла бы быть сильна в Карпатах. Не она у нас, а мы у нее стояли бы в тылу и могли бы разом наверстать все то, что утратили в прошлые войны… Все искусство нашей дипломатии должно клониться к тому, чтобы заставить Австрию начать играть в восточных событиях первую (выделено Обручевым. – О. А.) роль и выдвинуться ранее нас (выделено Обручевым. – О. А.) вперед»1385.
Фактически Обручев предлагает проводить политику «блестящей изоляции», правильно предсказывая конец Австро-Венгрии как результат ее балканской политики. «При растянутых силах Австрии, найдем чем дать отпор и Германии, тем более что ринуться на нас всей массой ей нельзя, не развязавшись прежде с Францией»1386. «Только за Босфор и Карпатскую Русь безусловно и стоит лить русскую кровь», – повторяет он в этой записке1387. С теми же словами он обращается в доверительном письме летом 1886 года к Д. А. Милютину1388. Можно смело утверждать, что изложенные Обручевым мысли стали основой военной политики России на десятилетие с 1885-го по 1895 год.
Практически сразу же после окончания русско-турецкой войны русские военные моряки приступили к исследованию гидрографических условий Проливов с целью определить возможность эффективного использования минных заграждений на Босфоре в случае реализации плана десантной операции1389. Конечно, это была работа с расчетом на будущее. Черноморский флот в это время был слаб. На 1 (13) января 1880 года в его составе числилось четыре винтовых корвета, 13 винтовых шхун, яхта «Штандарт», семь морских колесных и 12 малых пароходов1390.
С 1880 года в Константинополе в качестве стационера стоял пароход «Тамань», командир которого капитан 1-го ранга Макаров в 1881–1882 годах провел огромную работу по сбору гидрографических, метеорологических, топографических данных по берегам Босфора, изучил возможности минирования пролива и провел разведку возможных районов десанта, а также турецких укреплений. В 1883 году результаты этих исследований были поданы в Главный Морской штаб1391.
Работа по изучению Босфора не прекращалась. Следующим русским стационером была шхуна «Псезуапе» – небольшое старое тихоходное (скорость около 7 узлов) винтовое судно с парусным вооружением, давно уже выслужившее все сроки деревянного корабля1392. У местных властей оно не могло вызвать и тени опасения. 19 (31) мая 1884 года Военный министр ген. П. С. Ванновский подал на высочайшее имя «Прибавление к отчетной записке о военной готовности», в котором подводился итог проделанной работе: «Исследования моряков (флигель-адъютантов Макарова и Дикова) дали отличные результаты относительно возможности заграждения проливов на всякой глубине и притом автоматическим способом»1393. Проводимые одновременно морскими и армейскими офицерами инспекции русского Причерноморья привели их к выводу о том, что транспортные возможности позволяют осуществить перевозку до 40 тыс. чел., а Одесский Военный округ в состоянии выделить для десанта около 30 тыс. чел. из числа войск, находящихся в непосредственной близости от морских берегов1394.