Канун трагедии: Сталин и международный кризис. Сентябрь 1939 — июнь 1941 года

В тот же день в аналогичном духе в Москву было направлено письмо Н. Г. Позднякова. Он писал, что литовская буржуазия отрицательно относится к расположению частей Красной Армии в стране и стремится опорочить ее в глазах населения. В то же время прогрессивные круги по-иному оценивают положение. «Люди прямо заявляют, что с приходом советских войск стало спокойнее за судьбу Литвы, за судьбу ее независимости и трудящегося населения. Создалась уверенность в том, что никакой враг, а главным образом Германия, в Литву уже не сунется»[616].

В дневнике советского полпреда в Эстонии К. Н. Никитина давалась примерно схожая оценка обстановки в Эстонии. Правда, он одновременно весьма обеспокоенно писал о случаях «самовольного обмена валюты со стороны советских красноармейцев и краснофлотцев и о необходимости выдавать пайки советским войскам в эстонских кронах» и т. п.[617]

В январе 1940 г. в пространном письме из Риги И. С. Зотов сообщал, что латвийское правительство выполняет пакт о взаимопомощи с большим нежеланием и затягивает разрешение жизненно необходимых вопросов. Организованно ведется пропаганда против СССР и советских гарнизонов; в министерстве общественных дел создан отдел по фабрикации антисоветских слухов; усиленно вынашивается мысль «спихнуть» к весне советские базы в море и навсегда «покончить с русскими»[618].

В письме из Риги 10 марта 1940 г. Зотов пишет об ухудшающемся экономическом положении, о неурожае и об усилении недовольства населения политикой правительства Ульманиса, что выражается в оживлении деятельности революционных элементов, призывах к свержению правительства, в ярко выраженных симпатиях к советским гарнизонам[619].

В письме из Каунаса Н. Г. Поздняков описывал ситуацию в более спокойных тонах, считая, что литовские власти будут лояльно выполнять обязательства по договору с СССР, но одновременно постоянно ориентируются на Англию и Францию, надеясь на их победу[620]. Он переслал в Москву выдержки из бюллетеня департамента государственной безопасности Литвы, в котором отмечалось ухудшение экономического положения рабочих, повышение цен на продовольственные товары. Директор департамента признает, что агенты Коммунистической партии умело используют ситуацию для своей пропаганды. По мнению Позднякова, необходимо удовлетворить ряд требований рабочих, чтобы подавить их протест против существующего социального строя[621].