Новый мир. Книга 2: Разлом. Часть первая
- Автор: Забудский Владимир
- Серия: Новый мир (Забудский) #3
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Новый мир. Книга 2: Разлом. Часть первая». Краткое содержание книги:
Я с сомнением покачал головой. Мирослав, которого я помнил, был приверженцем закона и порядка. Во всяком случае, я неоднократно слышал, как он неодобрительно высказывался моему отцу по поводу воровского образа жизни своей, как он тогда думал, бывшей родни.
Мы прошли через небольшой цыганский лагерь, наполненный монотонной бытовой суетой. Здешние обитатели, главным образом старики и женщины, провожали нас не слишком дружелюбными взглядами. Не обращая на взгляды внимание, Мирослав провел меня к безобразному кирпичному зданию. Около двери, открытой нараспашку, сидел на корточках, держа в зубах соломинку, молодой цыган в затасканной белой рубахе с длинными волосами, заплетенными в косичку. Взгляд парня был затуманен, как мне показалось, каким-то сильным наркотиком.
— Кого это ты притащил, Миро? Этого увальня, что ли, ты называешь своим «братом»? — поинтересовался он презрительно на румынском.
— Не тебя же, Джорджи, мне так называть! Ты бы меня продал за пакетик опиума!
— Никто не даст пакетика опиума за такого, как ты.
— Заткнись ты, сопляк! Где твой отец?
— А тебе-то что? Отцу есть что еще делать, кроме как пялиться на тебя и твоего тупоголового дружка из-за океана. Если только ты не собираешься взяться за голову и обчистить его…
— Дружок из-за океана… — произнес я по-румынски, ступив к наглому цыгану и неотрывно глядя ему в глаза, — … хорошо понимает все, что ты говоришь.
Цыган был на своей территории, и наркотический угар придавал ему удали. Но под моим неотрывным взглядом он смешался, опустил глаза, как побитый шакал. Я был, по меньшей мере, на голову выше и, наверное, вдвое тяжелее этого худосочного недомерка. Мне не потребовалось бы больших усилий, чтобы поднять его за шкирку и закинуть в какой-нибудь мусорный бак. И он, видимо, обладал достаточным воображением, чтобы представить себе это.
За моей спиной Миро от души заржал.
— Ну ты и кретин, Джорджи. Я всегда это знал, но не думал, что настолько — задираться к чемпиону по боксу, который может выколотить из тебя дерьмо одним мизинцем… Ладно, пойдем, Дима. Оставь дурака в покое.
В помещении, куда он меня привел, было темно и прокурено. Это было нечто среднее между большой кладовой, коммунальной квартирой и конторой. В полумраке я едва смог разглядеть очертания каких-то ящиков и мешков, как Миро провел меня в какой-то закуток, отделенный от остального помещения драной шторой, когда-то украшавшей чье-то окно.
Этот закуток принадлежал, похоже, ему. Из мебели тут была только койка, прикрытая ворохом старых одеял, старый шкаф, и круглый деревянный столик с парой стульев, украшенных выцветшей побитой молью обивкой. Пахло здесь совсем скверно — как будто кто-то свернул в клубок с десяток пар нестиранных отсыревших носков и запихнул под кровать.
— Садись, вот на стульчик. И осторожно, там одна ножка постоянно ломается. Ну что, братишка, вижу, ты не впечатлен моим обиталищем? Ха-ха. Да уж, это тебе не олимпийская деревня.
Крякнув, Мирослав, не раздеваясь, перелез со своего кресла на койку. Я неловко примостился на стул, окинув взглядом таракана, бегающего по пропаленной окурками и заляпанной столешнице среди крошек и рассыпанной соли. Граненый стакан, который, очевидно, не был мыт уже давно, хранил на себе засохшие остатки какой-то крепкой домашней настойки.
«Ну ты и опустился, Миро», — вертелось у меня на языке. Но я не мог, не имел морального права сказать это. Он потерял все, что имел, на войне, от которой я сбежал. Он пережил нечто худшее, чем смерть (во всяком случае, я, наверное, предпочел бы быструю смерть тому, что выпало на его долю), защищая мой дом, который я бросил. А где был в это время я…?!
Ну ладно, я был заперт в «Вознесении», вопреки моей воле. Переживал маленькую войну за сохранение своей личности с системой, которую олицетворяли Петье и Кито. Я никогда и никому не позволю сказать, что то были счастливые дни. И все же стоило бы задуматься, что многих постигла во много раз худшая судьба.
— Братишка, ты это… достань вон оттуда, из шкафчика, чекушечку. Не виделись-то сколько, а?
— Я правда не пью, старина, — покачал головой я.
— Ладно, как хочешь. Мне хоть плесни. Стакан мой там, на столе. Мыть не надо, воды у нас в обрез. Я после себя не брезгую!
Мне очень не хотелось этого делать, но все же я достал из шкафчика бутылку без этикетки с чем-то мутным и на четверть наполнил граненый стакан, а затем передал его развалившемуся на койке цыгану. В моих глазах, должно быть, была жалость. Надеюсь, там не было отвращения — я не хотел, чтобы оно там было. И все же Мирослав почувствовал себя неловко. Сделал большой глоток, мигом опорожнив стакан. Слегка поморщился. Щеки сразу же покрыл легкий румянец. Закусывать в его привычки, похоже, не входило.