Легенды о Дневе. Право на счастье. Часть 2

– Корчишь из себя святую, да вот только проблема. Будь ты такой, над Лерусто не смеялась бы, как и все. Ты бы ему сбежать помогла.

– А мальчишка тут причём?

– При том, Илина, не нарушать законов совести и общества самому – это одно, а вот давать это делать другим – преступление похуже.

– Ты меня сейчас хочешь сравнить с собой, Вольтер. Заняв позицию нейтралитета в вашем вопросе, я просто плыву туда, куда мне надо.

– Вот именно, Илина, ты ничем не лучше нас, плывёшь туда, куда нужно только тебе. Всё твоё пребывание в вольных землях, весь твой путь до Синджавы, это всё, что волнует тебя. Но будь ты лучше, чем мы, ты бы костьми легла, но попыталась изменить хоть что-то, а не пустить всё на самотёк. Хорошему человеку есть дело до проблем других, а у тебя кроме своего я нет ничего.

– Да это просто возмутительно! – Илина встала со стула. – Мерзкий подлец, который стращает пацана в трюме, обвиняет меня сейчас в эгоизме. Иногда мне кажется, что ты, Вольтер, намного слабее духом, чем кажешься. Нет сил признаться самому себе, что ты грязный подонок, который увяз в дерьме по шею?

– Даже если и так, скажи, Илина, ты считаешь Размаила хорошим? – Вольтер резко перевёл тему.

– А ты тему не переводи, у вас дискуссия поинтересней моих баек про баб и пьянки будет – с неподдельным интересом выдал Размаил.

– Считаю, он отличный человек! Я слушаю его уже две недели и скажу тебе прямо, в нём побольше будет совести и моральных принципов, чем в тебе.

– Ты слушаешь его две недели, а я знаю его уже четыре года. Поверь мне, Размаил в сражении не щадит никого, а после битвы, как трофей, собирает зубы на память у врагов, которых лично убил!

– Ну что ты сразу! – здоровяк возмутился.

– Это война! Надо различать, Вольтер. Я тоже защищала деревню в Верландии, тоже убивала, но это была война, а ты творишь зло в мирное время!

– Собственно то, о чём Вольтер и говорил – в разговор вмешался Сино. –Твои руки в крови невинных людей, деньги без чеканки и номинала в кошельке, на поясе трофейный меч. Илина, глупо на твоём месте говорить о порядочности, когда ты сама ходишь в трюм носить еду пацану и смеёшься над тем, что он король без штанов.

– Так то, девочка – Вольтер приподнял одну бровь.

– Я пошла спать! Слушать бредни убийц о том, что есть хорошо, а что плохо я устала. Большего количества грязи в свой адрес я не получала даже от инквизиторов.

Илина резко развернулась и пошла в коморку, что была за кухней, она залезла в свой гамак и заплакала.

– Арто, неужели они правы, я столько же горя несу людям, сколько и они. Из-за меня погиб Остар, Никола, я сама убивала людей, у которых была семья, я подставила Скелдрига, ради забавы даже мальца в трюме гоняю. А мой моральный выбор, как мне быть с ним. Я должна убить невинного человека, чтобы вернуть Брайтона. Может они и правы, может не зря они считают меня равной.

Илина, погружённая в свои мысли, всё же уснула, охваченная хмелем пшеничной водки. Шторм так и продолжал покачивать корабль по волнам, который без остановки двигался к цели. И теперь Илина чувствовала не освобождение от своего бремя, а приближение дня, когда её моральный выбор должен будет случится, и ей придется лишить жизни кого-то ради своего супруга.