Бастион: поступление

– Ты словно немного огорчился, – обратилась магистр.

Идём с Вероникой купить продуктов в местных лавочках.

– Ну, так, самую малость, – отвечаю я. – Просто, ещё ночью захотелось погулять по деревне.

– Дольше, чем сейчас? – уточнила она удивлённо.

– Наверное. Трудно сказать, уже ведь о другом мысли, – улыбаюсь я, заглядывая в глубины фиалковых глаз. – Первый поход на носу, а я и обуви-то туристической не носил.

Вероника озаряется улыбкой перед ответом:

– Всё ясно. Это и мне в редкость, так что будем вместе переживать.

– Хах, да уж.

Дом перед площадью остался за спиной, а почти разошедшиеся люди, встречают любопытством и приветствиями. Ватага детей, в свою очередь, заняла “оборону” вокруг машины и увлечённо исследуют каждую деталь, пара смельчаков уже на крыше. Я с чувством и шумов вдыхаю воздух, такой благоухающий и свежий, вода, предгорья и лес создают просто уникальные условия для жизни, а вторит им солнышко. Оно то спрячется за мясистой тучкой, то вновь зальёт зеленеющую округу светом. Чувствую, как ночные впечатления начинают развеиваться под мощной дневной атмосферой.

Лавочки – это небольшие магазинчики в некоторых домах жителей. Председатель деревни рекомендовал идти сейчас, потому что скоро закроются до четырёх-пяти вечера – таковы местные традиции. Вновь колыхнулись воспоминания о Тохе, где тоже всё давным-давно установилось и время будто на отдых приходит. Я слышал о том, что потоки переселенцев из города в деревню и обратно, примерно равны, поминая Вадо, можно говорить о справедливости таких рассуждений.

Почти все нужные продукты нашлись в первой лавке. Приятная пожилая женщина отпустила нам покупки, а заодно подсказала где найти недостающее. Всё общение проходит тепло и открыто, что соответствует расположению лавки – это часть дома, а за ширмой хозяйского входа уже жилая часть и именно оттуда показалась женщина. Глазам приятно гулять по нескольким полкам товаров и паре холодильников. Маленький, совершенно без броских цветов, магазинчик, где можно зайти за хлебом и проболтать час.

Выходим уже с улыбками и переглядываясь. Дальше путь пролегает по асфальту центральной улицы, добираем необходимое и обратно. В принципе, мне хватило маленькой прогулки, чтобы утолить жажду впечатлений, теперь внимание вернулось к Веронике и скорому выходу в поход. Сегодня девушка вновь в брюках и рубашке цвета хаки – это новый для меня образ, ведь раньше были скорее женственные или строгие. Произошло слияние стиля и вздорности, беспечного веселья, со свойственной Веронике мягкостью граней. И тугая плотная коса лишь добавляет яркости. Но всё же, за простой одеждой не скрыть лица и здесь мою грудь начинает томить чувство – восхищаюсь печатью высокой духовности, сенью человеческого достоинства и совершенством форм и граней. Лик дочери рода Исинн выточен самим Творцом и дарован для вечной неги от созерцания.

Нога спотыкается об последнюю ступеньку, и я досадно растягиваюсь на крыльце. Ушибленные места тут же начали жечь и болеть, но скорей спешу подняться. Девушка бросается на помощь и словно весенним потоком смываются досада и ощущения ушибов. Лицо Вероники оказывает очень близко и дыхание жаром обдало лицо, чувствую рванувшуюся к нему кровь. За протянутую руку берусь символически, предварительно отряхнув свои. Уж не знаю, всё ли поняла по моему раскрасневшемуся виду Вероника, но и сама в смущении.