Пилигрим

Вот только «конвоиры» никак не хотели затихать — они, поломанные и размозженные, силились подняться, толкались и пытались ударить в ответ. То ли рхейцы отключили у своих оболочек центры боли, то ли просто боролись до последнего, но не сопротивлялись лишь двое — девушка с поломанной шеей и парень, которого парализовал Юрий.

И, конечно, они успели подать метальный зов о помощи — в холле грохнули падающие стулья и раздался приближающийся топот ног.

— Быстрее! За мной! — скомандовал Гарин.

Он торопливо расстрелял из парализатора копошащихся на полу рхейцев, толкнул Киру в сторону чернеющего проема, до которого они так и не дошли. Сам подхватил Элли, которая судорожно всхлипнула, потащил за собой. Окликнул Батора, что-то отрывающего у лежащего под ним противника.

Их заметили — за спиной раздались возгласы. Юрий, не целясь, выстрелил в сторону белеющего проема. Аоки толкнула в сторону обесточенную гермостворку — и они все ввалились внутрь небольшой каюты.

Элли тонко взвизгнула, прижимаясь к Юрию. По-русски выругался Зарыга.

Когда-то это был небольшой кухонный склад-конвейер — узкие полки с брикетами в желтом пластике, вдоль стен тягулись ячейки для контейнеров с сублиматами для пищевых синтезаторов. Сейчас же помещение напоминало торопливо сооруженный морг — на полу вповалку лежали люди, голые и в форме персонала станции. У каждого на голове тускло светился тонкий бордовый обруч, впившийся в затылок жертвы тонкой иглой-«жалом».

— Хранилище оболочек, — сухо прокомментировала Кира.

— Может, разбудим? — предположил Зарыга, нервно оглядываясь в коридор. — Помогут.

— Не помогут, — мотнула головой девушка. — Это уже овощи.

Батор легко пнул ближайшее к нему тело, вновь выругался. Потом глянул на всех зло и задорно, воскликнул:

— Чего приуныли? Сейчас повеселимся!

Юрий лихорадочно искал выход из положения. Но в голову абсолютно ничего не приходили — они безоружные, загнанные в тупик, без связи. Даже если им удастся какое-то время удерживать оборону, то рано или поздно их просто задавят числом. Если до этого не забросают шоковыми гранатами.

Ах, как все неправильно! Как подло! Пройти через столько преград, чтобы погибнуть вот так?

Он посмотрел, как Зарыга безрезультатно пытается закрыть гермостворку, не имеющую изнутри ни ручки, ни замка, как Кира пытается соорудить импровизированное оружие из обломков пластиковых полок. Перевел взгляд на Элли, сидящую у стенки — ее глаза мерцали в полумраке.

— Элли, — Юрий опустился перед девушкой на колено, постарался придать голосу уверенную непринужденность. — Все будет хорошо, не переживай.

— Юра, — она будто не слышала его. — Прости меня, прости!

— За что? — Гарин почти не слушал, враги были уже почти на пороге.

— За все, — шептала девушка. — За то, что я — такая. Что не могу помочь…

— Не говори ерунду, — Юрий сунул в ее тонкие прохладные ладошки парализатор. — Вот, возьми. Пользоваться умеешь?