«Священные войны» Византии [publisher: SelfPub]

Но все же это была армия, и смелый командир умел подчинить своей воле даже такую вечно колеблющуюся среду. Последующие события показывают, насколько внешние обстоятельства могли влиять на боеспособность римских солдат. Пока они выбирали новых командиров и решали, что им делать дальше, персы, легкомысленно надеясь на отсутствие достойного противника, сделали набег на город Константину. Но Герман уже овладел ситуацией и с отрядом всего в 1 тысячу воинов отразил это нападение. Почувствовав удачу, он тут же сам сделал набег на персидские земли, который увенчался успехом.

Прибывший – и очень своевременно – посланец императора св. Маврикия с солдатским жалованьем в прежнем размере еще более смягчил войско. Персидский полководец Маруз, не почувствовавший изменений в обстановке, вновь попытался овладеть римским лагерем, но получил достойный отпор, потерял много воинов убитыми и 3 тысячи пленными и сам пал в бою. В довершение всех для персов бед римские пленники, взятые варварами в плен в 573 г. при осаде крепости Дара, находившиеся в заключении в Гилигерде, что в области Бизаке, каким-то чудесным способом освободились, перебили стражников и, дойдя до римского лагеря, воссоединились с соотечественниками. Ликование было полным: войско окончательно примирилось с императором, прислав тому в качестве дара захваченные персидские знамена, голову несчастного Маруза и часть добычи[558].

Но стоило св. Маврикию попытаться вновь вернуть в армию Филиппика (видимо, по недоверию или в силу некоторой неосмотрительности он не считал возможным закрепить за Германом судьбой дарованный ему статус главнокомандующего), как волнения вспыхнули с новой силой. Более того, солдаты поклялись друг перед другом ни при каких обстоятельствах не признавать Филиппика своим командиром, и тогда тот вернулся в Тарс. Ситуацию спас Антиохийский патриарх Григорий I (570—593), просивший представителей армии прибыть для переговоров в город Литабры, находившийся в 50 км пути от Антиохии.