Электронная книга - «История шпионажа. Том 1». Краткое содержание книги:
Для широкого круга читателей.
С 8 часов утра до 3 часов пополудни он находился на работе в своем королевстве «Анастасия». Сколько раз его собеседники, редакторы крупных газет, слышали от главного цензора: «Не могу пропустить!»
И в самом деле, несмотря на уговоры своих влиятельных собеседников, не пропускал материал в очередной номер — и все тут!
Скандал вокруг газеты «Боннет Руж»
Печать левого направления пацифистов и «пораженцев» возглавила газета «Боннет Руж», которую в 1914 году Леон Доде называл тряпкой». Главным редактором газеты был Альмерейда. Эта газета наиболее притеснялась цензурой — санкции шли одна задругой, пока наконец 11 июля 1917 года газету не закрыли окончательно.
Ежедневная газета левого направления была основана в 1913 году с целью сближения франко-немецких отношений. В начале войны гон ее статей был патриотическим, но в 1915 году ее направление стало иным. И причиной этой перемены была немецкая разведка.
Настоящее имя директора газеты Альмерейда было Эуджен Бонавентуре Виго. Он придумал себе псевдоним Мигель Альмерейда, звучавший как боевое имя испанского анархиста. Во время процесса по делу об убийстве Кальметта, директора газеты «Фигаро», он выступал свидетелем в защиту мадам Кайо. Альмерейда дружил с министром внутренних дел Мальви. Умер Альмерейда при невыясненных обстоятельствах 7 августа 1917 года в камере тюрьмы Фреснес по прошествии семи дней заключения. «Самоубийство», сообщила полиция. «Убийство, — в последующие годы повторяли его друзья и враги. — Его убили по приказу Мальви, чтобы избавиться от опасного свидетеля».
15 мая 1917 года на пограничной станции при проверке некоего Эмиля-Жозефа Дюваля, администратора газеты «Боннет Руж», ехавшего из Швейцарии, был обнаружен чек на 150 837 франков, остаток, как объяснил Дюваль, суммы в полмиллиона франков, принадлежащих издательскому дому, которые ему было поручено снять со счета.
На перроне комиссар полиции «случайно» встретил капитана Ладу. За месяц до этого дня капитан был переведен на менее ответственный участок работы в провинцию, но поддерживал связь со своими сотрудниками. Встретившись с комиссаром полиции, Ладу посоветовал ему направить чек во Второе бюро, а Дювалю разрешить продолжить поездку.
Так возникло «Дело газеты „Боннет Руж“», или «Дело Дюваля», которое закончилось обвинением Жана Леймари, бывшего главы кабинета министра внутренних дел. Оно затронуло Мальви и Кайо.
В 1914 году Клемансо, президент комиссии сената по вопросам армии, казался несовременным. Его газета «Л' ом либр» («Свободный человек») выходила небольшим тиражом. В сентябре газета была временно закрыта. Клемансо изменил ее название, и она стала называться «Л'ом аншанте» («Очарованный человек»). Вместе с рассылаемой подписчикам газетой он стал вкладывать в конверт свои статьи, которые были исковерканы в печати цензурой.
По мнению цензоров, Клемансо был ниспровергателем всего и вся, был «пораженцем», а его газета возглавляла остальные газеты, призывавшие к окончанию войны, и сеяла панику. Цензоры особенно тщательно прочитывали все, написанное и подписанное Клемансо.
В июле 1917 года после стольких ошибок в ведении войны, на ко торые неоднократно указывал Клемансо, цензура наконец перестала совать нос в его газету. Клемансо, прозванный Тигром, писал: «Газета для меня — как лошадь для кавалериста. Моя лошадь получила столь ко боевых ранений от славных сынов господина Пуанкаре… Когда вы меня кромсаете в очередной раз, вы отдаете мне честь».
С октября газета вновь возобновила атаки на правительство. В ноябре 1917 года Клемансо писал: «Наконец во Франции, несмотря на цензуру, существует общественное мнение. Настал час видеть все в настоящем свете и для правительства». За день до этого высказывания Клемансо был вызван президентом республики, чтобы войти в комитет по формированию правительства.
Так что — цензура была отменена? Клемансо спешил высказаться по этому поводу, сказав главному цензору Нюссилару: «Отменить цензуру? Да никогда! Я еще не полный идиот! Цензоры — вы мои лучшие жандармы…» Но он одновременно уточнял, что в статьях по вопросам политики цензоры должны быть более гибкими.
Но по логике Клемансо эту последнюю фразу нужно было понимать точно наоборот. Рядом с Клемансо работал «иезуит» Мандель, который умел держать в кулаке цензуру до самого окончания войны.