Электронная книга - «История шпионажа. Том 1». Краткое содержание книги:
Для широкого круга читателей.
Возможно, объяснение мы найдем в заметках военного комендап та Парижа Анри Монури: «Часто, когда речь шла о крупных суммах денег, предназначенных на шпионаж, мы располагали доказательством, что здесь замешаны посредники, которым оплачивались большие проценты. Эти суммы через секретарей поступали главам вражеских разведок. Всем деньги — и концы в воду… Но как Боло на самом деле подписал контракт в Америке, точно неизвестно».
Девять миллионов марок были выплачены шестью частями с 13 марта по 1 апреля 1916 года таким путем: «Дойче Банк» в Берлине — банк «Амстинк» в Нью-Йорке — «Роял Банк» в Канаде — банк «Морган», а из последнего 5,5 миллиона поступили на счет Шарля Юмбера, остальное — посреднический процент Боло-паши.
Вся эта цепочка не могла остаться незамеченной. Людям свойственно пробалтываться. Любовница Ленуара Жермен д'Арликс поведала, о чем ей рассказал молодой и неопытный Ленуар.
В своих «Воспоминаниях» Пуанкаре пишет, что имя Боло-паши часто упоминалось на Военном совете министров в первой половине февраля. Потом засветился Ленуар. Испугавшись, Шарль Юмбер донес на него руководству в Елисейском дворце.
«Вызванный в военный комитет генералом Лиоти, — пишет Пуанкаре в своих воспоминаниях, — полковник Губе, начальник информационного отдела разведки, докладывает, что в архивах нет досье на Ленуара, есть кое-что на мадам Ру (Борегар), любовницу князя Гогенлое, помощью которой пользуется военная полиция. Эта дама была в связи с журналистом Руделем, но о Ленуаре она ничего не знает».
Здесь нет ничего конкретного, но текст требует пояснения. Прежде всего, Ленуар узнал именно от мадам Ру, информатора Второго бюро, о желании немцев погреть руки на французской газете. Об этом она узнала от своего любовника князя Гогенлое, одного из директоров немецкой разведки. Мадам была двойным агентом и неприкасаемой — она знала самого кайзера.
Надо учитывать, что полковник Губе был начальником капитана Ладу. Он не мог не знать, что Ленуар, один из его сотрудников, ездил в Швейцарию и имел там деловые встречи.
Что сделал полковник, допрошенный военным министром Франции Лиоти? Стараясь выгородить Ленуара, стал говорить о журналисте Руделе. Этот Рудель входил в состав кабинета Лиоти, а это означало закрытие дела.
Но все аферы с покупкой газеты, в которые были замешаны Боло-паша, Ленуар и компания, вылезли на свет божий. Американцы вступили в военный конфликт, и немцы наконец почувствовали, что с покупкой газеты им дурят голову. США передали текст нерасшифрованных телеграмм, а немцы через своих людей помогли французской полиции их расшифровать.
Боло был арестован 29 сентября 1917 года, Ленуар месяцем позже — 25 октября. Процесс начался в феврале 1918 года. Смертный [приговор Боло-паше был вынесен 14 апреля, а расстрелян он был 17 апреля. Ленуара судили годом позже, после войны, с 31 марта по 8 мая 1919 года. На скамье подсудимых рядом с ним предстали: его компаньон Десуше, сенатор Шарль Юмбер (в то время он был политическим противником президента республики Пуанкаре и военного министра Мажино), а также Жорж Ладу, который не сумел силами французской контрразведки предотвратить эту аферу. Приговор был суров только по отношению к Ленуару — его приговорили к смертной казни. Десуше получил пять лет, Шарль Юмбер и Ладу были оправданы.
Что касается столь желанной для многих участников этого дела газеты «Журналь», то она ни на йоту не изменила своей патриотической направленности. В ней лишь промелькнула статья, восхвалявшая Херста — американского газетного магната, сочувствовавшего немцам. Получается, что эта статья стоила немцам 30 миллионов марок золотом.
Персонаж исключительный, жизнь, полная приключений. В 47 лет он стал международным авантюристом — взлет, несколько лет длилась его удача, и… падение.
Это был стройный элегантный господин, располагавший к себе, прекрасный собеседник. В Париже он вращался в светском обществе, встречаясь с сильными мира сего. Воло хорошо знал Кайо, его принимал в своем кабинете президент республики Раймон Пуанкаре, он удостаивался чести быть принятым королем Испании Альфонсом XIII.
Его близкий друг, президент Верховного суда Парижа Монье, человек безупречной репутации и морали, ручался за Воло, как за самого себя.