Права нации. Автономизм в еврейском национальном движении в позднеимперской и революционной России
- Автор: Рабинович Саймон
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-44-481445-1
- Переводчик: Любовь Борисовна Сумм
- Жанр: История
Электронная книга - «Права нации. Автономизм в еврейском национальном движении в позднеимперской и революционной России». Краткое содержание книги:
Саймон Рабинович преподает в Северо-Восточном университете (Бостон, США), специалист по истории евреев в России, Европе и США.
Лидеры, управлявшие политикой еврейских общин со времен революции 1905 года, проявили наибольшую настойчивость в стремлении созвать Всероссийский еврейский съезд, но потерпели явную неудачу при попытке конвертировать свою руководящую роль во что-то напоминающее победу на выборах. Если бы съезд на самом деле собрался, эта неудача была бы несущественной, поскольку 40 из 485 мест все равно были зарезервированы за членами центральных комитетов крупнейших еврейских организаций, таким образом гарантируя как минимум постоянное представительство лидеров еврейской общественности[846]. Несмотря на то что активисты Народной группы и Фолкспартей сумели вырвать контроль над еврейскими общинными институциями из рук богатейших евреев Петербурга (таких, как семья Гинцбургов), им не удалось перейти от борьбы элит к публичной политике. Это видно хотя бы из того, что обе партии даже не выдвинули кандидатов во многих округах[847]. Народная партия и Народная группа позиционировали себя соответственно как партия и как группа «из народа», но ни та ни другая не сумели выйти за пределы своего ядерного электората — интеллигенции.
Неспособность найти себя в публичной политике проистекала, среди прочего, из разрыва между поколениями. «Молодая гвардия» 1890–1900-х годов к 1917 году уже стала старой гвардией, которой универсальные истины казались привлекательнее эклектичных идеологий. Как отмечает Йонатан Френкель, после 1917 года две идеологии, сионизм и коммунизм — а стало быть, Иерусалим и Москва, — «оказались прямыми конкурентами за симпатии еврейской молодежи Восточной Европы»[848]. Если взглянуть на выборы на Всероссийский еврейский съезд, видно не резкую радикализацию, а поэтапное и многообразное развитие общественного мнения. Упадок российского либерализма в целом привел к перераспределению симпатий евреев от либерализма с национальным оттенком к либеральному национализму.
Российский либерализм и еврейское общественное мнение
Благодаря революции 1905 года и рождению электоральной политики в России, идеи Дубнова о внетерриториальной автономии вышли за рамки политической теории и превратились в конкретное требование соблюдения прав еврейского народа, принятое всеми крупными еврейскими политическими партиями России. Выборы в Первую думу породили автономистское движение как консенсус, достигнутый еврейскими политическими течениями: отсутствие территории не должно стать препятствием для обретения евреями таких же национальных прав, какие причитались другим национальным меньшинствам империи. Следующая избирательная кампания, во Вторую думу, заставила все еврейские партии определиться с концепцией внетерриториальной автономии. А в 1917 году автономистское движение вновь ожило под влиянием революции и, опять же, участия еврейства во всероссийских выборах. Как и в 1905 году, получив новый шанс, евреи стали отстаивать свои права путем голосования. Хотя они и обрели полные гражданские права в марте 1917 года, существовало устойчивое мнение, что само по себе улучшение гражданского статуса не может обеспечить коллективных законных прав российского еврейства. Вопрос национальных прав снова завладел еврейскими политическими кругами и сделался остроактуальным, поскольку бывшая империя разваливалась на национальные государства.
После Февральской революции Временное правительство и Петроградский совет могли некоторое время сосуществовать благодаря соглашению о том, что все вопросы, касающиеся политической и общественной организации нового государства, откладываются до тех пор, пока не будет созвано Всероссийское учредительное собрание. В ситуации, созданной этим соглашением, переходное правительство могло исполнять повседневные обязанности, отодвигая все важные решения до созыва всенародно избранного органа[849]. Идея созыва всенародного собрания, которое решит все проблемы России, витала задолго до Февральской революции, однако с образованием Временного правительства созыв собрания такого рода стал необходим: требовалось сформировать новую правовую структуру государства взамен самодержавия[850]. Большевики даже оправдывали захват власти в октябре 1917 года тем, что они лишь хотят обеспечить честные и скорые выборы в Учредительное собрание. Идея отложить все вопросы общества, экономики и государственного устройства до будущего Учредительного собрания позволила достичь хрупкого перемирия между революционными, реформистскими и даже консервативными партиями[851]. Смогло бы это собрание благополучно разрешить множество проблем, отложенных в ожидании его созыва, и направить Россию по конституционному, демократическому и, учитывая результаты выборов, умеренно социалистическому пути — это так и останется неизвестным. Однако выборы в большинстве мест состоялись, и их результаты дают редкую возможность оценить общественные настроения того времени.
846
В ГАРФ (Ф. 9528. Оп. 1. Д. 2) есть материалы о роли петроградских центральных комитетов различных еврейских организаций в ожидавшемся Всероссийском еврейском съезде.
847
Важным исключением стала Одесса, где Еврейская национальная демократическая партия (ставшая одесским отделением Еврейской народной партии) получила второй результат (7568 голосов), уступив лишь сионистам (12 068 голосов), и набрала 24 % голосов избирателей. См.: Еврейская неделя. 1918. 18 янв. № 1–2. С. 20.
848
Frankel J. The Paradoxical Politics of Marginality: Thoughts on the Jewish Situation During the Years 1914–1921 // Studies in Contemporary Jewry. 1988. Vol. 4. P. 16.
849
Protasov L. G. The All-Russian Constituent Assembly and the Democratic Alternative: Two Views of the Problem // Wade. Revolutionary Russia. P. 248.
850
Об истоках идеи созыва Всероссийского учредительного собрания см.: Протасов Л. Г. Всероссийское учредительное собрание: история рождения и гибели. М., 1997. C. 11–32.
851
Как полагает Оливер Рэдки, эсеры, откладывавшие все дела на рассмотрение будущего Учредительного собрания, несут немалую долю ответственности за его провал (Radkey O. H. Sickle Under the Hammer. P. 280).