Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

— А наемная рабочая сила…

— Трудится какой-то мужик, сущий мозгляк, худущий, маленький… Подходит вам?

— Как раз наоборот.

— Остальные — женского пола. Сыновей у него нет, две дочери, маленькая девочка вряд ли уведет папашкину машину, это скорее дело сыночков. Проверили мы и родственников, один из двоюродных вроде соответствует вашему описанию, но у него алиби, все последнее время пребывает на Мазурских озерах, преподает парусное дело и за целый месяц ни разу не покидал училище. Остальные не подходят.

Я упорствовала:

— Но у них есть знакомые…

Гурский скривился.

— Да все старичье, вы уж извините. Трое стариков, две немощные старушки. Один старичок бодрый, седые волосы, седая бороденка, седые усы, все настоящее. А тот ваш, подозреваемый, насколько помнится, без усов и бороды?

— Так кто же тогда это был?

— Вот и мы не знаем. Ищем. Но это не так просто, а у нас дел невпроворот. Да и вообще — что он такого сделал? Если бы хоть какой из конкретных подозреваемых! А я ведь целиком полагаюсь на ваши неясные предчувствия и, того и гляди, окажусь в дураках.

— Но ведь могло быть и так, — не очень уверенно предположила я, — что машину увел неизвестно кто, а потом она оказалась у громилы с Винни-Пуха. А тот, кто увел, может выглядеть и как отощавший гномик, и вообще быть женщиной. Да нет, я не просто так упорствую, думала, для вас это пустяк, раз, два — и все узнали о человеке, а оно вон какой сложностью оборачивается! Ведь не нарочно же я придумала вам лишнюю работу, вот чувствую — тут что-то не так. Сама бы этим занялась, но не ехать же мне в Буско! Может, пошлю кого-нибудь…

— Только без самодеятельности!

— Тогда дайте мне хотя бы фамилии местных жителей, которых ваши люди установили…

— Не помню, могу прислать список, да и в конце концов, чужой человек на курорте не такая уж редкость.

— Только, пожалуйста, не по почте. Факсом. У вас есть мой факс.

— Хорошо, пусть будет факсом.

— Еще минутку. А все эти проклятые Войлоки, все мошенничества, которыми Ступеньский шантажировал высокопоставленных обезьян?

Гурский махнул рукой, нетерпеливо и раздраженно:

— Сплошное болото. Шантаж — ерунда, кто теперь обращает внимание на шантаж, самые что ни на есть государственные преступники процветают. На кой им лишние заботы в виде убийства? Но я ничего не говорил, а вы ни слова не слышали. Хорошо, раз желаете, пришлю вам список проверенных нами лиц, зафиксированных в связи с проклятым «мерседесом». А вы уж сами ищите своего преступника, вдруг чудом выздоровевшего. Мы не станем мешать.