Весь Мегрэ. Том 3 [компиляция]

Ее гардероб состоял из зимнего пальто, плаща из шерсти, двух теплых платьев, одно из них было фиолетовым, и трех или четырех летних платьев.

Мужской одежды не было. После смерти второго мужа она, вероятно, избавилась от нее, а может, спрятала в мансарде или на чердаке. Нужно будет спросить об этом у консьержки.

Все было чисто и аккуратно сложено, полки выложены белой бумагой. Но на бумаге, выстилающей ящичек в ночном шкафчике, виднелось довольно большое пятно от жира или мази, хотя ящичек был пуст.

Мегрэ, заинтересованный, понюхал пятно и показал его Жанвье.

— Как ты думаешь, что это такое?

— Смазка.

— Да, но не какая-нибудь. Это оружейная смазка. Старушка держала здесь револьвер или пистолет.

— Куда же он делся?

— Пятно кажется свежим. Может быть, человек, который убил старуху…

Трудно поверить, что убийца, мужчина или женщина, думал о похищении оружия.

Это пятно, которое они нашли в последнюю минуту, ставило все под сомнение.

Купила ли старая дама револьвер, чтобы в случае нужды обороняться? Это неправдоподобно. Мегрэ считал, что она скорее боялась огнестрельного оружия. Он не мог себе представить, чтобы она пришла к оружейнику, купила револьвер и опробовала его.

А собственно, почему нет? Разве не удивительна ее энергия? Она была хрупкой, ее кулачки были, как у ребенка, а ведь квартиру она содержала в порядке, как самая лучшая хозяйка.

— Скорее всего, револьвер принадлежал первому или второму мужу.

— Но где же оружие? Отдай бумагу в лабораторию, пусть сделают анализ этого жира. Хотя заранее знаю ответ.

Они услышали звонок, и Мегрэ безотчетно оглянулся, ища телефон.

— Это в дверь, — сказал Жанвье.

Вошел Лапуэнт, он выглядел измотанным.

— Был у жильцов? У всех?

— У тех, кто был дома. Мне едва позволяли задавать вопросы. Сами спрашивали. Как она умерла? Каким оружием пользовался убийца? Почему не было слышно выстрела?

— Рассказывай.

— В квартире наверху живет шестидесятилетний старый холостяк, кажется, известный историк. В книжном шкафу я видел написанные им книги. Он редко выходит из дома. У него есть собака. Ежедневно приходит гувернантка убирать и готовить. Я говорю «гувернантка», так как он употребил это слово. Я ее видел. Он называет ее «мадемуазель Элиза». Вполне достойная женщина. Квартира почти так же старомодна, как и эта, но обставлена с большим вкусом. Он сказал мне: «Если бы она хоть не покупала себе этого проклятого телевизора! Он работал у нее почти каждый вечер до одиннадцати! А я встаю в шесть утра…» Еще сказал, что он никогда с ней не разговаривал, хотя живет здесь двадцать лет. Когда они встречались на лестнице, только здоровались. Вспоминал ее мужа — тот был шумливым. Кажется, у него была мастерская со множеством инструментов, и по вечерам слышно было, как он вбивает гвозди, пилит, строгает…