Дочери Лота и бездарный подмастерье. Часть 2
- Автор: Шарвадзе Бадри Амвросевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Дочери Лота и бездарный подмастерье. Часть 2». Краткое содержание книги:
Часть книги отведена рассуждениям Подмастерья о древнейшем искусстве на основе библейского сюжета о дочерях Лота.
Содержит нецензурную брань.
– Вы вернетесь?
– Мы скоро придем. Аколазия сказала, что кассы находятся поблизости.
– Ты собрала вещи?
– Нет еще. Долго ли мне собираться?
– Будьте осторожны! – сказал, открывая дверь, Мохтерион и выпустил их из дома.
Когда он открывал дверь, его охватил страх, и то, что помедлил закрывать ее, явилось данью тому же страху, ибо переубеждать было некого, а с ним самим все обстояло яснее ясного.
Некоторое время он размышлял о том, что потеря читательницы в лице Детеримы все-таки весьма огорчительна, хотя отношение к курсу самой Детеримы несколько утешало: тот факт, что весь его замысел был для нее в общем-то пустяком, облегчало дело.
Занятия были продолжены, но даже механические действия давались с большим трудом. Страх ожидания предполагаемого насилия со стороны Натиса и Суминия уступил на время первенство гложущей сердце тоске из-за расставания с Детеримой. Его раздражала неясность причин этой тоски, ибо в действительности между ними не было по сути ничего такого, что могло бы вызвать оплакивание несбывшихся надежд и сорвавшихся начинаний.
Не в первый раз ему подумалось, что сама идея сближения с Детеримой или с кем-то еще, накладывала на отношения к ним определенные ограничения, и, когда дело расстраивалось, с его расстройством рушились все маленькие достижения и надежды, которые отпочковывались от него. Нельзя было полностью сбрасывать со счетов задетое самолюбие, которое страдало из-за необходимости в любом случае придерживаться тактики обороны, особенно в случае насилия, когда оборонительные силы были заведомо неравны наступательным.
Конечно, союз с Детеримой не принес ничего по-настоящему запоминающегося, но то новое, что, может, лишь подготавливалось им, как-никак было связано с ней, и состояло в том, что расставание с ней и выбывание ее из игры знаменовали не только прекращение ее участия, но и потерю его интереса к идее, которая доживала бы последние дни уже в отношениях с ее сестрой.
Таким образом, причина сожаления из-за расставания с Детеримой только внешне была связана с ее отъездом; она была в осознании им исчерпанности своего начинания, в его внутреннем опустошении. Дальше это начинание могло поддерживаться лишь по инерции: в силу его потребности механически заполнять пустоту и одиночество, либо потребности подрабатывать. В обоих случаях от его идеи, которой он служил беззаветно, с полной отдачей душевных сил, оставалось пустое место.
Сестры сдержали слово и действительно скоро пришли. Все самое важное Подмастерье узнал в прихожей; оказалось, что прямого поезда до родного города Детеримы вообще нет, но зато отдельные вагоны по пути отцеплялись и прицеплялись к другим поездам, чуть ли не ко всем, идущим на северо-запад. Билет был куплен на поезд, отправляющийся в четыре часа дня; рано утром на третьи сутки Детерима должна была быть дома. У них было еще более двух часов на сборы. Безопасности ради решено было все-таки никому не открывать дверь и выйти из дома со двора.
Мохтерион собрал и отложил в сторону тетради и учебники. Он понимал, что рабочие часы, совпадающие с последними часами пребывания Детеримы в его доме, со многими часами волнения из-за ожидаемых неприятностей и тяжести в голове, перешедшей в устойчивое недомогание, просто просятся, чтобы их использовали для дела, которое некоторым странным образом постоянно несло в себе конец, начало и неисчерпаемые возможности продолжения.
IV
“Последнее замечание отца, напомнившего о Махле и ее неотделимости от целого, которое составляли они все, должно было забыться тотчас же по восприятии, настолько понятным, знакомым и привычным было его содержание, но получилось так, что именно бесспорность его повлекла за собой мысли, о которых Зелфа никак не предполагала, что они окажутся столь волнующими, а главное, отсрочивающими ее разговор с сестрой.
Зелфа была удовлетворена разговором с отцом, и ей было даже немного жаль распространять не без усилий полученное согласие и на Махлу. Зелфа чувствовала, что отец перестал сопротивляться велениям судьбы уже не только в ее воображении, но и в действительности, и поэтому их двоих уже достаточно, чтобы ответить на недавние потери и потрясения. Что изменилось бы по сути от участия или неучастия в этом Махлы? Отец, по всей видимости, желал для младшей дочери лишь какой-то определенности, пока старшая не предпримет каких-либо действий.
Зелфе было ясно, что она может лишь поделиться с сестрой своим планом, но не заставить ее принять его и даже не уговаривать. Так и получалось, что Махле будет предоставлен выбор поступить так, как она сочтет нужным. Конечно, никто лучше нее не знал Махлу, и она хорошо понимала, что сделать самостоятельный выбор Махле будет сложнее, чем просто согласиться или отклонить ее предложение, но положение вещей не позволяло считаться с подобными тонкостями.