Цвет тишины

Он всем сказал, что бросает курить. Он держался три дня. И теперь вот снова – курил молча и жадно, смакуя во рту дым, смакуя момент. Сигарету в его руках никак не прокомментировали. Рильке нравилась эта их черта. Ни к кому не лезть. Хочешь – делай. Раз тебе это нужно.

Наша черта.

Рильке улыбнулся.

Мы, да?

– Спасибо, что пришли.

Это слова Киану – едва заметно тронули воздух. Серый даже не шелохнулся. Такие тихие звуки он не мог различить даже в двух аппаратах. Сати слегка покачивался из стороны в сторону в ногах кровати. Он курил, и из черноты капюшона клубами выползал дым.

– Ты бы поел что-нибудь, – сказал Рильке.

Киану покачал головой.

– Не хочу.

– А под капельницей валяться хочешь? Клево тебе?

Рильке вздрогнул. Даже Серый вздрогнул. Сати повернулся к Киану чернотой под капюшоном. Киану посмотрел на него спокойно. По сравнению с его собственными призраками Сати был чем-то вроде забавного морока.

– Нет, – сказал Киану. – Не клево.

Сати ничего больше не говорил, сидел неподвижно и смотрел на Киану, откуда-то из своего мира, через ему одному известное окно. Только дым сигареты напоминал окружающим, что он дышит.

– Может, я все-таки попробую коврижку, – сдался Киану. – С корицей, да?

– С корицей! – подтвердил Рильке. – Свежак. Всего год назад испекли.

Проблеск улыбки мелькнул в глазах Киану. Он принял из их рук коврижку, темный хлеб с корицей и сахаром. Серый протянул ему бутылку с самопальной бурдой, ее настаивали три недели Стиляга и Рильке, намешали в нее все, что Сати притащил из лазарета, и еще каких-то специй с кухни. Запах у нее был такой ядреный, что слезы наворачивались на глаза. Киану принял бутылку, но пить не стал.

– Как вы думаете… – начал он чуть слышно.

Серый скинул на пол угги и сидел теперь бок о бок с Сати в ногах постели, подтянув колени к подбородку. Киану поймал его взгляд. Серый пытался слушать, но ничего толком не слышал.

* Кофе, – Киану перешел на жесты. Он, видимо, боялся говорить громче, чтобы не разбудить медбрата. Если он проснется, то всех выгонит. – Иду на кухню – можно? Вы думаете – я могу? Пить кофе.

– Кофе? – переспросил Стиляга.

* Кофе? – переспросили Серый и Сати, Серый – жестом, Сати – по буквам, дактилем.

Киану кивнул.

– А я говорил, надо было взять термос, – Стиляга пихнул Рильке в плечо.

– Не заводись, – сказал Рильке. – Можно сходить.

– На кухню??

– В спальню, дебил. За термосом.

– Я это так…. – сказал Киану. И добавил жестом, – Шутка. Кухня – идти – не надо.

* Я схожу, – сказал Серый.

Он натянул на ноги угги, спрыгнул с кровати. Киану наклонился, потянул его за рукав. Серый поднял голову, волосы торчали из-под шапки, растрепанные, будто он повалялся в стоге сена.