Our golden years (СИ)
- Автор: Cursed Ellie
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Our golden years (СИ)». Краткое содержание книги:
— Впадал в отчаяние, — по сути, так и было, потому что он больше часа пытался усмирить свою магию, чтобы починить зеркало.
Сириус резко остановился, одернув его за фланелевую рубашку, а затем, собственно, одним взглядом поинтересовался, какого такого хрена Римус вообще в рубашке?
— Мне жарко.
— Тебе жарко в апрельский вечер? — Можно было и без этой фальшивой интонации. — Что происходит? — Ладно, частично. Частичная правда вполне безобидна.
— Всё нормально. Я пытался наладить связь с соседом по телу, и он типа очнулся. Вот ему и жарко.
— Но сейчас середина цикла, — Сириус непонимающе двинул головой назад.
— Я знаю, да. А ещё я слышу твоё сердце, четко вижу в радиусе четверти мили и до сих пор чувствую твой мстительный щипок на моей шее, — хотя здесь, возможно, волк и не при чем. — Похоже, если дать ему больше прав, обострение проявляется без привязки к фазе, — Сириус недоверчиво нахмурился, и почему-то эта вертикальная морщинка разогнала внутри чистое раздражение. — Какие-то проблемы?
— Только с тем, что ты огрызаешься, — скривился Блэк, отворачиваясь, и Римус, задрав голову, остановил того, потянув за край косухи. — Да-да?
— Извини, я на взводе.
— Да я заметил. И что, теперь ты будешь на взводе весь месяц? Даже с девушками есть три недели для передышки, — поиграл бровями Блэк.
— Потеряйся, — несильно врезал тому в плечо Римус, зашагав к замку. Сириус, вдоволь нахохотавшись, нагнал и закинул на него руку.
— Злой и страшный серый волк, — прошептал тот, почти касаясь губами. И волна колючих мурашек пробежала совсем не по той причине, по которой бы хотелось.
Римус в прострации провёл и их скромную посиделку, слегка морщась при слишком громких восклицаниях, а их посиделки это всегда про громкие восклицания. Чего стоят одни перепалки Блэка и Макдональд? Разве что ему приходилось периодически повторять «нет, не хочу» на непрекращающиеся расспросы. Нейт был прав, этот аргумент недооценивают. Но когда девчонки спровадились из спальни, и Римус думал быстрее прошмыгнуть в ванную, Сириус самым тупым способом [смотри, что там!] отвлек его и проскочил внутрь.
— Бродяга, мне нужно в пять раз меньше времени, чем тебе!
— Потеряйся!
— Блеск, — ударил по двери Римус и повернулся к двум уставившимся на него Мародёрам. — Нет, я не хочу вечеринку.
— Но это твоё совершеннолетие!
— И дальше что? У Хвоста тоже не было вечеринки, — Поттер только открыл рот, и Римус поднял ладонь, — никаких «это не то», — Поттер поджал губы. — Ладно, при Доркас я не мог говорить, а теперь слушайте, — сдавил он гудящую переносицу. Впрочем, гудело всё тело. — Завтра мне семнадцать, завтра я кладу хер на закон Министерства и становлюсь преступником. Завтра я хочу полдня похандрить, потому что как раз за это меня и выперли из дома. Часам к четырём я собираюсь отпустить и забить, и вечером я готов выпить после каждого вашего поздравительного тоста, которые мне кое-кто задолжал, — снова стукнул он по двери, не сомневаясь, что Блэк всё слышит, — вот такой сценарий по мне. Никаких вечеринок, никаких уловок, никаких фуршетов. Настоящий междусобойчик, Сохатый.
Джеймс, повзрослевший за этот монолог на несколько лет, закусил щёку и кивнул.
— Мы не подумали, Лунатик.
— Всё в порядке, просто давайте завтра без колпачков, гирлянд и праздничных фокусов, — две пары глаз распахнулись и переглянулись.
— Да-а, никаких праздничных фокусов, — неубедительно улыбнулся Поттер.
— Ага, совсем никаких, — вспотел Питер.
И они скрылись на кровати Джеймса, задёрнув балдахин и оборвав взволнованный шёпот заглушающими чарами, а затем вода в ванной ударила о кафель. Точно недоделанные шпионы.
Сам Римус, противореча себе, простоял под душем едва ли меньше по времени, чем Блэк. Поправка — под холодным душем — с целью снизить температуру и заодно остудить выводящее из себя исступление. Он даже перед полнолуниями так легко не заводился с пол-оборота по любому поводу. Он просто повторял, что буря должна улечься. Чертов волк должен улечься. Пусть не баиньки — Римус привыкнет к перманентному обострению чувств — но хотя бы сложить лапки и спокойно ждать своего выхода на сцену. А не рычать на всех подряд без разбора. Особенно, на Сириуса.
Касающегося губами его уха. Сжимающего его шею в баре. Сириуса. Блядь.
Раскаленный жар в груди стрельнул вниз. Так можно и с ума сойти. Он, в принципе, себя сдерживает круглые сутки, а теперь, наверное, окончательно рехнётся. О том, что он намекнул Блэку на дне рождения Сохатого, Римус старался не думать, чтобы не питать изматывающих надежд. Но в преддверии его дня рождения, этот неозвученный намёк ещё сильнее подстёгивал возбуждение, даже при учете неизменившегося поведения Блэка.
Будь его воля он бы весь вечер отвечал: я не хочу вечеринку, я хочу Сириуса!
Полоска света под дверью давно погасла, и Римус, плеснув в лицо ещё одну порцию воды, вытер его футболкой, толкнул дверь в спальню и кинул её на свою кровать.
— Эй, ты охренел?!
— Ты что делаешь?! — Зашипел он, оглядываясь на кровати Сохатого и Хоста.
— Я позирую, а ты швырнул в меня мокрой футболкой! — В полный голос пояснил Блэк, внаглую развалившийся в его расправленной постели. И Римус, отойдя от шока и поймав кинутую обратно одежду, разглядел-таки в комнате, освещенной только тёплым светом из ванной, отсутствие кого-либо ещё. — Они на вылазке.
— Они на вылазке, — просмаковал он взглядом не прикрытый одеялом в меру накаченный торс, — а ты позируешь.
— Дошло наконец? — Подпер Блэк голову, спустившись ниже. — Харе пялиться, а то я уйду.
Футболка полетела на пол, и Римус, сделав вид, будто поверил угрозе, поставил колено на край и вытянул того из-под одеяла, ложась сверху поперек кровати и запуская пальцы в любимые волосы.
— Не сказал бы, что ты хочешь уйти. По крайней мере, одна часть твоего тела очень хочет остаться, — наваливаясь всем весом, чтобы кожа к коже, чтобы между ними не осталось ни дюйма. И он не собирался спрашивать насколько далеко собирается заходить Блэк, он собирался его поцеловать так, чтобы Блэк сам начал изнывать от желания. Но когда их губы должны были вот-вот соприкоснуться, тот увернулся, и Римус через грудной рык поднялся на локти. — Что не так?
— Ты сам-то знаешь, что делать? — Слишком скептичным тоном, всё равно не помешавшим Римусу уловить мелкую дрожь в его низком голосе. И что за «сам-то»?
— Я-то да, — уже да, спасибо дотошным курносым гуру, — а ты? — Блэк охренительно громко сглотнул и мог уже не отвечать. Однако стоило Римусу вновь наклонился к буквально испускающим магнитные волны губам, тот снова увернулся. На этот раз ещё и упёрся ладонями в грудь.
— Ладно-окей-хорошо, у меня только один маленький вопросик, — решив не терять время, раз тот не даёт себя поцеловать, Римус, несмотря на нехилое сопротивление, добрался до шеи и, вопросительно промычав, провёл кончиком носа по пульсирующей жилке, вдыхая сладкий терпкий аромат. Сопротивление вмиг ослабло, а потом Сириус заёрзал [лучше бы ему так не делать] и вытолкнул его на прямых руках. — Схуяли я снизу?
— Потому что ты много болтаешь, — И? отразилось на лице Блэка. — Хочется заткнуть. — Просто надо было ляпнуть, чтобы увидеть это задохнувшееся от противоречивых эмоций выражение. И тот может строить из себя оскорблённость сколько угодно, но в бедро Римусу дёрнулось никак не возмущение. — А ещё ты чувствительный.
— В каком интересно месте?
Римус, перенеся вес на одну руку, оторвал от себя ладонь Сириуса и не торопясь поцеловал его изящное запястье.
— Здесь… — подул он на чуть влажный след. Сириус рвано выдохнул. — Здесь… — невесомо прикоснулся он губами к ямочке под шеей и обвел ими ключицу. Аромат тела стал ещё более ярким, и у Римуса замерцало под веками. — Здесь… — спустился он к солнечному сплетению и, выпустив уже не сопротивляющуюся руку, с нажимом провёл по груди, прессу, бедру и сжал уже дрожащего Сириуса под коленкой.