Императорские изгнанники [ЛП][The Emperor’s Exile]

На следующее утро хирург осторожно снял повязку и наклонил голову Катона так, чтобы свет падал через окно скромного блока валетодинариума форта. Прежде чем вынести вердикт, он на мгновение пристально посмотрел в глаза.

- Сама рана заживает. У вас останется еще один свежий шрам, чтобы произвести впечатление на матрону. Но вы все еще ничего не видите, говорите?

- Слева только тьма, а остальное справа – тусклый туман, - ответил Катон.

- Боюсь, господин, я думаю, вы никогда не восстановите зрение в этом глазу. - Хирург наклонился ближе, держась подальше от света. - Первоначальное ранение разорвало тебе веко, и заноза попала в глазное яблоко по краю зрачка. Подобные раны я видел раньше. Лучшее, на что вы можете надеяться, - это частичное восстановление зрения, но не возлагайте на это надежды.

Он убрал руки с головы Катона и выпрямился. - Я больше ничего не могу для вас сделать. Свежий воздух поможет заживить рану. Держите ее в чистоте и не трогайте, иначе она снова откроется. Я бы посоветовал вам носить постоянную повязку для этого, пока не завершится заживление. Хотя, после этого не снимайте ее тоже, если обнаружите, что глаз и область вокруг него стали чувствительными. Пожалуй, вы будете выглядеть как киликийский пират.

- Повязку? - вздохнул Катон. Он видел в Риме ветеранов армии с глазными повязками и вспомнил, какую жалость к ним испытывал. Теперь он, в свою очередь, станет объектом жалости, и стыд заставит его нервничать. Он пытался убедить себя, что люди могут рассматривать это как еще один шрам, такое же доказательство его хорошей службы, как и фалеры на его ремнях. Что Клавдия подумает, когда они встретятся в следующий раз? - подумал он.

- А что насчет пленника? Кальгарнон, - он кивнул в сторону соседней комнаты. - Как он поживает?

- Он схлопотал хороший удар гладием в плечо. Просто рана в теле. А удар по голове, сбивший его с ног, был скользящим, но отрубил ему большую часть уха. Он поправится. Хотя заметьте, зрелище будет не из приятных.

Катона это не волновало. Важно то, что они захватили одного из врагов. Необходимо убедить Кальгарнона раскрыть местонахождение лагеря разбойников. Более того, расположение цитадели, откуда самозванный горный Царь вел свою кампанию сопротивления Риму.

- Сделайте для меня постоянную повязку, - приказал он, вставая.

Он вышел из комнаты и выбрался на крытую дорожку, которая шла вдоль всего валетодинариума. Было еще раннее утро, и до того, как жара станет невыносимой, пройдет еще как минимум час. Дверь в комнату, где содержался заключенный, была открыта, и он шагнул под перемычку и принял приветствие вспомогательного пехотинца, стоявшего на страже.

Кальгарнон был привязан к кровати. Он поднял голову, чтобы посмотреть, кто вошел, слегка прищурившись, глядя на залитый светом дверной проем. Катон подошел и взглянул на окровавленную повязку, покрывавшую плечо мальчика, а также макушку и бок его головы.