Избранные произведения в одном томе

— Он любил Элизабет, — слышала я от каждого. Мне говорили, что Элизабет была хорошей женой, что Робин ее не заслуживал, но когда на нее находило, она становилась настоящей мегерой. У нее было много друзей, не то что у Робина.

— Думаю, он стал жертвой несчастного случая, — сказала женщина по имени Мара, пришедшая вместе с мужем и внуком.

— И что же, по-вашему, произошло?

Мара бросила взгляд на мужа, который был ниже ее ростом: он почти все время молчал.

— Крис работал над карманным антигравом, — не моргнув глазом, заявила она. — Верно, Уолт?

— Вроде того, — кивнул ее муж.

— Не удивлюсь, — продолжала она, — если окажется, что он положил устройство в карман и случайно включил.

— Как это?

— Крис нес багаж. Было поздно. Он вполне мог нажать кнопку по ошибке.

Я представила себе, как Робин взмывает в небо и поднимается высоко ― слишком высоко, чтобы выключить устройство. Вот он судорожно цепляется за свой багаж, ведь больше ухватиться не за что…

— Спасибо, — сказала я.

Конечно, с антигравом он не вышел бы на орбиту, а просто летел бы и летел. Странная идея. Не уверена, что карманный антиграв вообще может существовать. Но для Рэмси эта история вполне подошла бы.

Ближе к концу вечера я огляделась в поисках отца Эверетта. Он стоял у стола и разговаривал с пожилыми супругами. Я подождала, пока эти двое не отойдут, затем шагнула к священнику и спросила, понравился ли ему вечер.

— Как и всегда, Чейз, — ответил он. — Это мой любимый день месяца.

— Не найдется ли у вас пары минут, отец? Мне нужна ваша помощь.

— Конечно, Чейз. Чем могу помочь?

— Ну… я провожу кое-какие исследования.

— По социологии вечеринок?

— В том числе. Если серьезно, отец, я хочу спросить вот о чем: вы, случайно, не знали Кристофера Робина?

— Криса? Да, знал. Иногда здоровался с ним. Они с Элизабет не были нашими прихожанами, но она бывала на некоторых мероприятиях. Мы были очень расстроены, узнав о ее смерти.

— Конечно.

— Ее муж… когда это случилось, двадцать лет назад?

— Сорок, — поправила я.

Лицо его помрачнело.

— Как быстро летит время… Да, я был с ним знаком. Правда, только шапочно. — Он взял кусочек жареного картофеля и откусил. — Вкусно. Что же вы хотите узнать?

— Хотелось бы выяснить, что с ним случилось.

Улыбка священника стала шире.

— Разумеется. Что ж, удачи.

— Можете что-нибудь подсказать?

— Чейз, я знал его довольно плохо. Крис слыл очень самовлюбленным человеком. Думаю, он смотрел на всех свысока. Возможно, он считал, что все остальные жители планеты уступают ему в умственном развитии.

— Вижу, он не слишком нравился вам.

— Скажем так: я с ним почти не общался. «Здравствуйте», «До свидания», вот и все. Но было что-то в нем такое… некое чувство собственного превосходства. Это бросалось в глаза.

— Что-нибудь еще?

— Ну… не знаю. Иногда он шокировал кое-кого из наших.