Северное море (СИ)

Конечно, стало очень интересно, что будет, если не съеду, не выгонит же он родную дочь на улицу? Тем не менее, я начала искать работу и пытаться решить вопрос с жильем, правда, пока не так усердно, как стоило бы. Маме на тот момент я еще ничего не рассказала – не хотела лишний раз беспокоить, ей и своих проблем хватало. Очень хотелось уехать в Америку, но и ВУЗ свой здесь стоило закончить, не зря же поступала на бюджет, да и, мало ли, придётся вернуться, а так хоть корочка будет. Тем не менее, я решила более усердно засесть за английский уже сейчас.

Юлий в моей жизни не появлялся уже два месяца. Я видела его последний и единственный раз после возвращения из Финляндии, когда мы с бабушкой направились вечером в гости к Степану Петровичу. Парень шел по дороге нам навстречу, и бросил сухое «здравствуйте», на которое бабушка высокомерно не отреагировала, а я так и не смогла ничего сказать, только пялилась в упор. В голове моментально всплыли кадры из поездки, отчего сердце тут же защемило.

Даша, которая самой первой оказалась в курсе всей нашей истории, как-то спросила, не злюсь ли я, не осуждаю ли Юлия? Ведь он так долго «пудрил мне мозги», потом переспал со мной, еще и сразу бросил. Подругу взбесили его фразы про «прости меня и будь счастлива»… Меня – нет. Меня абсолютно ничего не злило в его поведении и действиях, и дело тут было даже не в чувствах. Я не считала парня виноватым, потому что прекрасного его понимала.

Юлий не хотел меня обидеть, не хотел причинить боль. Он просто запутался. Он же еще совсем молодой парнишка, разве двадцать пять лет – это так много? Юлий рано лишился семьи, потом и единственного родного человека, связался с плохой компанией, где вряд ли видел хоть что-то хорошее. Всем нужно внимание, ласка, забота, любовь, и он – не исключение. Почувствовав себя нужным, нормальным, поддался слабостям, с его слов – влюбился, а кто не творил глупости из-за этого чувства? К тому же, Юлий предупреждал меня, причем, на протяжении всего времени, и ввязаться во все это было лишь моим выбором, никто ни к чему никого не принуждал. А его слова на прощание… Он же просто хотел максимально сгладить сложившуюся ситуацию, на что тут злиться? Я даже считала, что отшить меня – достаточно благородно с его стороны, ведь и ему это решение сложно далось, но парень сделал так, как было лучше, в первую очередь, для меня, а не для него. Позволь Юлий мне быть рядом, я бы была, а значит, подвергала бы жизнь риску, постоянному страху, периодами – одиночеству, если бы парень надолго пропадал. Так что, нет, я не злилась ни капельки.