Ватутин против Манштейна. Дуэль полководцев. Книга первая. До столкновения

Кроме того, боевой дух союзников и голландской и бельгийской армий оставлял желать много лучшего. Долгое «стояние» «странной войны» не могло не подействовать на франко-английские силы на линии фронта с немцами успокаивающе – с одной стороны, а с другой – разлагающе. Сильные пацифистские настроения, имевшие место в Великобритании и Франции, разумеется, не обошли стороной и армии этих стран, в том числе находящиеся на фронте войска.

Что касается Бельгии и Голландии, то в этих двух маленьких странах просто царил страх перед Германией, и страх этот во многом влиял и на боеспособность их армий.

Очень хорошо (кратко и в то же время ёмко) описана морально-политическая атмосфера, существовавшая в Англии, Франции, Бельгии и Нидерландах к маю 1940 года, в работе К. Типпельскирха «История Второй мировой войны». Позволим себе объёмную цитату:

«В то время как Гитлер упорно стремился довести до победного конца войну на суше против Англии и Франции, во Франции всё ещё существовало недовольство, которое охватило страну после войны и постоянно усиливалось.

Русско-финская война лишь временно отвлекла внимание общественности от проблемы, как вести войну с Германией. Недовольство безрадостным состоянием “равновесия” на фронте нашло своё выражение в смещении в конце марта премьер-министра Даладье. Его упрекали в том, что он якобы способствовал созданию такой обстановки. Его преемник Рейно обещал энергично взяться за управление государством, добиться, наконец, подъёма в производстве вооружения и по-настоящему вести войну. Несмотря на это, отчасти из-за плохих личных отношений с рядом депутатов, Рейно при обсуждении его правительственной программы получил большинство с перевесом всего в один голос.

Многие тайно предостерегали от энергичного ведения войны, которое якобы угрожает привести страну к гибели. Говорили, что англичане в военном отношении к этому ещё далеко не готовы. С Муссолини при желании можно договориться. С Польшей раз и навсегда покончено. Затишье в военных действиях на Западе должно продолжаться, тогда шансы на мир будут не так уж плохи.

Хотя во французском генеральном штабе и учитывали, что немецкие войска могут в любое время начать наступление, однако многочисленные слухи и противоречивые сообщения заставляли сомневаться в том, что сосредоточение немецких войск является серьёзным военным мероприятием, а не только средством политического давления. Казалось почти невероятным, чтобы немцы отважились на столь сомнительное предприятие, каким, по мнению французов, должно явиться решающее наступление на Западе.