Моя молодая бабушка (СИ)

Хорошо, что он был спортсменом и падать привык. К тому же успел сгруппироваться, так что почти даже не ударился при падении. Но вот вид Адель открылся интересный. Нет, конечно, кроме трусов, на нём оставалась футболка, но, спрашивается, зачем он брюки-то снял? Хотя бабушка могла догадаться. Это было не трудно.

— Не приближайся… — поднял он руку в защитном жесте, второй помогая себе подняться.

Где-то там в брюках у него был нож, о котором Томас вспомнил только теперь. Он ведь мог попробовать ковырнуть замок швейцарским ножом — и не пришлось бы его сбивать. Башка дырявая. А всё из-за того, что перенервничал.

Впрочем, в голосе уже почти не было паники. Первый шок прошёл, а дальнейшее поведение ведьмы страха не вызывало. Только открывшаяся дверь его снова вызвала.

Бабушка широко и хитро улыбнулась, склонила голову набок, после чего сделала шаг вперёд и уселась на корточки, из-за чего из-под её истлевшей юбки показалась голая бледная коленка.

— Продолжишь так себя вести — я сделаю с тобой что-то ужасное, — произнесла она, расположившись у ног внука. — Давай уже, не ломай комедию.

— Хорошо, — машинально отодвинувшись ещё немного, кивнул Томас и, усевшись на пятую точку, принялся торопливо натягивать брюки на ноги.

Покойница агрессии не проявляла и это несколько ослабило давление на нервы. Почему-то её угроза сделать с ним что-то ужасное не воспринималась всерьёз. Ну правда, она ведь даже не пыталась его напугать. Только внешний вид наводил шороху, но никак — поведение. И потому он не спешил вынимать нож и как-то ей угрожать. Зато хорошо, что теперь о нём помнил.

Наконец брюки были на месте и парень упёрся ладонями в землю, собираясь подняться. Взгляд его встретился со взглядом ведьмы. Он поспешно отвёл его в сторону. А ну как загипнотизирует своими ненормальными глазами? Том сглотнул.

— А это разве нормально, что у тебя чёрные белки глаз и красная радужка? — спросил он. — Ну, допустим, то, что клыки немного выступают, можно списать на отсутствие в Харбор-Пайнс приличного дантиста…

— Дантиста? — девушка взяла один из своих локонов и вытянула его перед собой. — Да я и у парикмахера давно не была. А глаза… а что глаза? — она подняла бровь, отпустила локон и склонила голову набок. — То есть вот глаза тебя удивляют, а как я вообще жива осталась спустя столько времени в холодном, душном, сыром, тёмном месте, тебя не удивляет? Даже ни чуточку не беспокоит?

— А ты разве живая? Серьёзно? — словно вторя ей, поднял бровь Томас, так и не поднявшись пока на ноги. Говорить было удобно и в этой позе. — Если это правда, то удивляет. То есть ты… не вампир и не оживший мертвец? Честно? — он серьёзно смотрел ей в лицо, стараясь избегать взгляда в глаза.

Женщина вместо ответа начала приближаться. Она перешла с корточек на четвереньки и теперь медленно — так, что Томас в любую секунду мог, активно шевеля конечностями, убежать, — но уверенно начала продвигаться вперёд, к его лицу, при этом грозя нависнуть над всё ещё находящимся на земле парнем.

Однако большой паники это почему-то не вызвало. Хотя инстинкт самосохранения и забил тревогу, вынуждая парня податься назад и подняться на ноги.

— Не приближайся, — повторил он, не сводя с неё внимательного взгляда. Правда, опять же избегая смотреть в глаза.

— Да ладно тебе, — мертвячка оттолкнулась руками и опустила пятую точку на пятки. — Я всего-то и хочу, что доказать, что живая.

— Ну, допустим… — Томасу показалось, что его лицо начинает приобретать несколько иной цвет, чем до этого, к нему прилила кровь от мысли, как именно бабушка собралась это доказывать. Хотя действительно сложно было воспринимать её как бабушку. — Но как же ты выжила тогда? И почему так хорошо сохранилась?

— А ты не слышал, что говорили в городе? — она подняла руки вверх и скрючила пальцы в когти. Вкупе с растрёпанными волосами и опущенной головой, а также цветом кожи и глазами, выглядело скорей страшно, чем шутливо. — Я ведьма! Колдунья! Любовница Сатаны!