Моя молодая бабушка (СИ)

— Тебя, конечно, — тихо, боясь голосом потревожить покойников, ответил он уже вслух, так и застыв на пороге и разглядывая саркофаг, запечатанный камнем. Хм, хватит ли у него силы его сдвинуть? — Ты ведь должна быть уже давно мертва. А живые мертвецы — это страшно.

Тем не менее он пришёл вроде как её освободить, сам же противореча своим страхам. И это ещё больше выносило мозг. Честнат чувствовал себя сейчас каким-то неадекватом. Только как можно адекватно реагировать на всё это?..

Хм… камень вроде бы большой… но ведь откатить его в сторону у парня-спортсмена сил вполне должно хватить, правда ведь? А там дальше в четыре руки крышку саркофага они как-нибудь откроют.

— Эй, эй, эй… ты ведь мой внучатый племянник. Как я могу тебя обидеть? — услышал он слегка издевательский вопрос. Впрочем, возможно, оно так прозвучало из-за особенностей ситуации, позы, в которой была собеседница, и его собственного страха. — Кроме того, разве это по-мужски — оставлять женщину в беде?

Ну, с камнем проблемы точно не будет. Даже если вдруг у парня-спортсмена не хватит сил его откатить, можно будет найти какой-то рычаг и с его помощью сдвинуть камень. Физику в школе учили. Высказывание Архимеда про точку опоры и рычаг помним.

С крышкой саркофага тоже вряд ли будет много возни. А вот Адель, не отрицавшая того миленького факта, что она живой мертвец, Томаса пугала. И даже очень. Но оставался тот факт, что даже если она мертва, то разумна. А оставлять в беде разумное мыслящее существо, — и да, тем более женщину, — было не по-мужски совсем.

Мысленно пообещав себе лично же упаковать её обратно в этот саркофаг, если она окажется злой ведьмой-маньячкой, парень подошёл к нему, осторожно обходя стороной край, из которого выглядывала бледная рука.

— Да не бойся ты, — успокоил он собеседницу, — раз уж я вернулся, то теперь не оставлю тебя. Лучше скажи: за что тебя так? Если можно, конкретику. В общих чертах я уже знаю.

Обойдя саркофаг и определив самый удобный способ скатить камень, Том приноровился, упёрся ногами в пол и взялся за камень, толкая в нужную сторону. Ведь известно, что толкать легче, чем тянуть.

Рука скользнула обратно в саркофаг. Чтобы не мешать. Если присмотреться, в тёмной щели между крышкой и краем каменного гроба можно было увидеть красный глаз.

— За колдовство… словно бы в средневековье было решено, что если женщина колдует, то она непременно всех кругом проклянёт, мужчин соблазнит, коров телят о двух головах рожать заставит.

Камень подобрался очень близко к краю. Осталось только толкнуть его и отскочить подальше. Чтобы на ногу не рухнуло.

Красный глаз тоже пугал — в нём было мало человеческого. Но парень уже решил идти до конца. Слишком всё было бредово, чтобы он ещё и останавливался. Если же двоюродная бабка вздумает на него напасть, то у него в руке всё ещё был зажат камень, которым он сбил замок. Он не мешал упереться в валун на крышке гроба и сдвинуть его.