Полуночные тени (СИ)

— Пожалуйста… — Хюррем вцепилась в его руку, которой он обхватил ее за шею, второй прислонив к ней «пистолет».

Она умоляла уже его, но Рустем остался непреклонен. Лишь посмотрел на нее странным, упреждающим взглядом и нажал кнопку, отчего ее шею пронзила мгновенная резкая боль. Вздрогнув, Хюррем ухватилась за место укола и… ничего не почувствовала. Ни мучительной боли, ни головокружения. Она в растерянности поглядела на Рустема, он ответил ей короткой усмешкой и повернулся к Ибрагиму, сказав ровным голосом:

— Готово.

— Тогда проваливай.

Не глядя на нее, Рустем вернул «пистолет» в сейф, запер его и прошел мимо Хюррем, ничем более себя не выдав. Похоже, что он, пусть и неизвестно как оказался в сговоре с Ибрагимом, но помог ей. Может, ввел ей не сыворотку вовсе? Однако, нельзя было показать этого Ибрагиму. У нее по-прежнему есть возможность остановить его.

— Ну как ты? — с самодовольной улыбкой Ибрагим оставил кровать и подошел к ней с внимательным взглядом, ища в ней признаки покорности. — Уже легче?

— Да, — как можно более мягко и смиренно ответила Хюррем.

— Вот и отлично, — заботливо убрав прядь волос с ее лица, он обхватил его теплой, сухо ладонью и умиротворенно вздохнул. — Теперь ты никуда от меня не денешься. Сними-ка это.

Говорил он с ней мягко и осторожно, как с душевнобольной. Смолчав на это, Хюррем покорилась и сняла кожаную куртку, которую Ибрагим забрал у нее и просто бросил на пол.

— Ты хочешь чего-нибудь выпить?

— Нет. Просто… хочу спать.

— Ты устала, — якобы понимающе кивнул Ибрагим и поочередно спустил с ее плеч тонкие бретельки платья. — Мы ляжем спать, но прежде…

Алый шелк соскользнул с ее тела на ковер, оставив ее в одном черном кружевном белье. Холод коснулся тела Хюррем, и она слегка задрожала, но молча терпела происходящее, стараясь не выдать себя. Ибрагим избавился и от белья, после чего обвел ее взглядом и удовлетворенно усмехнулся.

— Поцелуй меня, — приказал он, наслаждаясь своей властью.

Справившись со злостью и унижением, полыхающими в ней, Хюррем послушалась приказа, подошла к нему, нежно обхватила ладонями его бородатое лицо и поцеловала. Мгновенно перехватив инициативу, Ибрагим с жаром ответил и стиснул ее в своих объятиях. Подхватив ее, он попятился к кровати и, натолкнувшись на нее ногами, сел на постель, а Хюррем, подстроившись, обхватила его ногами за торс совсем как в прошлую их ночь.

— Хюррем… — он исступленно прошептал ее имя, осыпая жалящими поцелуями ее шею и ключицы.

Делая вид, что откликается ему, Хюррем обхватила ладонью его голову и мрачно посмотрела в окно за его спиной — на сияющие в ночи высотные здания и луну, зависшую над ними в облаках. Ей вдруг стало ужасно тоскливо, потому что она, наконец, поняла — Ибрагим не лгал ей, когда говорил сегодня о своих чувствах. Похоже, он и в самом деле ее любил. Странной, больной любовью, которую она никогда не смогла бы принять. И ей придется убить его этой ночью. Если она, конечно, сумеет…

Задыхаясь и вздрагивая от каждого его резкого движения, Хюррем мысленно умоляла его остановиться, но Ибрагим, ждавший этого столько лет, все не оставлял ее в покое. Едва закончив, он лежал минут десять, восстанавливая дыхание и силы, а после снова придавливал к подушкам, мучил своими поцелуями и до боли сжимал в своих удушающих объятиях. Казалось, этому не будет конца, но вот он в который раз ускорил и без того бешеный темп, сдавленно вскрикнул, сделал еще пару толчков по инерции и навалился на нее всем своим телом.

Хюррем медленно закрыла глаза и обмякла, чувствуя, что больше не выдержит. Силы оставляли ее, и она уже сомневалась, что сумеет исполнить задуманное. Видимо, Ибрагим тоже выдохся. Перекатившись с нее, он откинулся на спину и с шумным дыханием раскинул руки в стороны. Некоторое время они лежали в тишине, пока телефон Ибрагима не издал звук входящего сообщения. Раздраженно выдохнув, он приподнялся, взял телефон и прочел сообщение, а затем, насупившись, сел в кровати.

— Что-то случилось? — напряглась Хюррем, тоже сев и прижав к себе одеяло.

— Нужно решить один вопрос. Эти идиоты ничего без меня не могут сделать.

Он хотел было встать, но Хюррем спохватилась и, обхватив его за широкие, влажные от пота плечи, остановила.

— Не уходи…

Он усмехнулся, погладил одну из ее рук и уставшим голосом ответил:

— Это ненадолго. Я скоро вернусь. Нужно лишь ввести короткий код.

— Так введи его здесь, — ухватившись за эту возможность, Хюррем поцеловала его в шею. — И мы продолжим…

— Неугомонная, — хмыкнул он, но все-таки взял телефон и разблокировал экран.

Полагая, что она находится под действием сыворотки, Ибрагим не ждал от нее угрозы и потому не переживал о том, что она может узнать что-то. Он был уверен, что без его приказа она отныне и шагу ступить не может.

Лаская его и целуя в шею, Хюррем украдкой наблюдала за его действиями. Он открыл какое-то приложение со значком в виде буквы «О», нажал кнопку «подтверждение личности» и ввел длинный многозначный код, порядок цифр в котором Хюррем запомнила благодаря хорошей памяти, которая нередко выручала ее. На экране высветилось «Добро пожаловать, господин Назар». Ибрагим нажал следующую кнопку «запуск программы», быстро выбрал что-то из списка и снова ввел тот же код.