Моя золотая Бенгалия

Однако не надо думать, что низкий уровень механизации означает плохое качество работы. Совершенно плоские крыши домов не пропускают воду даже тогда, когда кажется — с неба низвергается водопад. Ни в одной части Индии я не заметил, чтобы в душевой и туалете, являющихся обязательным дополнением к приличному гостиничному номеру, приходилось тревожиться о том, как бы не затопить жителей нижнего этажа. На цементном полу можно обливаться сколько душе угодно. Не очень красиво выглядит новостройка, оплетенная бамбуковым каркасом, потому что она кажется кривой и косой. Но леса связываются очень прочными веревками. Когда кажущееся нагромождение бамбука убирают, тогда как чудо появляется современный и красивый фасад дома, украшенный керамикой, естественным камнем, бетонным орнаментом.

Индийцы очень расторопные люди. Каждый портной, сапожник, парикмахер сумеет угодить вам. Какая бы неприятность в пути ни случилась, ее можно немедленно устранить. Например, в Калькутте у меня поздно вечером сломался ключик от шкафа. Спросил служителей, где его можно починить. Они ничего толком не могли ответить. Вышел на улицу и после пятиминутных расспросов попал в мастерскую, где мой ключик быстро спаяли — я не успел даже толком объяснить, откуда приехал и что делаю в Индии. Слышал, что бывают иногда и такие случаи: чистя туфли, чистильщик обуви обрабатывает их лезвием безопасной бритвы, чтобы получить плату и за ремонт (оба эти ремесла обычно объединены). В общем у меня сложилось твердое убеждение, что простые люди, представители различных профессий, в Индии честны и услужливы. Несомненно, они стараются справиться с работой наилучшим образом.

Самым распространенным занятием жителей городов является торговля. Больших универмагов, где можно купить все необходимое, нигде нет, нередко те, кто производит товары потребления, зачастую их сами и продают. У Бенгальского магазина по ремонту обуви, Калькуттского магазина по ремонту обуви, Имперского медицинского центра и многих других только пышные названия; зачастую работают в них сам хозяин и один его помощник. Занимают они площадь в 7-10 квадратных метров. Если не чем-то другим, то громким названием удается заманить клиентов. Магазины «Батя», которые славятся дешевой и прочной, хотя и не очень изысканной обувью, через газеты напоминают, что в предпраздничный вечер будет много покупателей, поэтому лучше приходить утром. Но, как правило, ни в большом городе, ни в маленьком нет толпы покупателей из-за основного принципа капиталистической торговли, по которому цены повышаются сразу, как только повышается спрос. В городах очень много магазинов. Так и кажется, что все продают, но никто не покупает, за исключением нескольких магазинов дешевых, подержанных товаров в густо заселенных кварталах бедноты.

Если в большом магазине тканей вы спросите, не продают ли там живых обезьянок, а в респектабельном книжном магазине захотите приобрести чемодан, вам наверняка очень вежливо ответят:

— Простите, вам следовало бы обратиться по такому-то адресу.

Но стоит вам спросить у хозяина маленькой лавочки, есть ли у него тот или иной товар, то он вас не отпустит, а позовет кого-нибудь из помощников, который будет вас водить по лавкам до тех пор, пока вы не получите свою обезьянку или чемодан или вместо них купите маленькую статуэтку Будды и комплект грампластинок. К тому же по цене не самой низкой.

Боги ни одной религии не побуждают обманывать или об-. считывать «нечистого» — неверующего. Может быть, поэтому в столице Кашмира Сринагаре многие автобусы украшает надпись: «Надейся на бога». Под этими словами, по-видимому, следует понимать: «Берегись людей», по крайней мере меня в этом удивительно красивом уголке природы обманули самым изысканным образом. Жил я тогда в плавучем домике. Его хозяин дня два-три был чрезмерно ласков, говорлив и предлагал мне все достать и показать. Я обрадовался: вот доказательство, что не все богачи — высокомерные эксплуататоры. Хозяин познакомил меня со своим «братом» Мухаммедом Султаном, и оба беседовали со мной целый час. Затем Мухаммед предложил мне посмотреть свои изделия. При этом он заверил, что покупать их совсем не обязательно, даже за лодку не придется платить. Мы плыли по красивому озеру Дал вдоль внешне очень привлекательных мастерских прикладного искусства. Там, как я узнал позднее, за гроши работают мужчины, женщины, дети и делают для хозяев изумительные ковры, резную мебель, украшения, которые идут на экспорт. Меня провели в похожий на музей склад, полный изделий прикладного искусства самого высокого качества. Там меня встретили два молодых, хорошо одетых человека. Пока один показывал различные предметы, второй со мной разговаривал. Я купил по «оптовой» цене, как они сказали, прекрасную деревянную шкатулку (она была слишком тяжела, чтобы ее привезти домой, поэтому я ее подарил своим индийским друзьям) и шаль, которая мне была абсолютно не нужна. «Оптовая» цена оказалась вдвое выше, чем в магазинах.

Какое-то время после этой «торговой операции» каждый торговец вызывал у меня подозрение, но, к счастью, я вскоре сообразил, что по нескольким жуликам нельзя судить обо всех людях. Нельзя было не заметить, как точно отсчитывает кондуктор автобуса или трамвая сдачу. Так же как это делает продавец газет и торговец кокосовыми орехами, который несет свой товар на коромысле в центр города за семь-восемь километров; не обманывает официант привокзального или другого дешевого ресторана, хотя и ждет чаевые, которые для него являются единственным заработком. Жульничают в основном те, которым не приходится жаловаться на отсутствие средств к существованию. Но с ними чаще соприкасаются иностранцы, которые не могут жить в чужой стране, ничего не покупая.