Механикус практикус

— Он ходит, и останавливается чуть ниже по реке, — кажется, наконец успокоился кондуктор, и тут Тера ему улыбнулась, на что кондуктор тоже несмело улыбнулся.

— А далеко ли остановка чуть ниже по течению? — спросил я, понимая что еще пара километров пешком окончательно добьет меня.

— Около часа пешком, — проговорил кондуктор, а затем заговорщицки тихо проговорил мне, так, чтобы не слышали остальные пассажиры, ожидающие речной трамвай. — Пятый трамвай останавливается и тут, но только по требованию, если есть пассажиры, которые купили билеты, но об этом мало кто знает из приезжих. Я продаю билеты на все трамваи, но на остановке официально нет в продаже билетов на пятый речной трамвай.

— Можно мне купить билет на пятый? — с улыбкой протянул я золотой.

— Вам на ци или на си? — спросил кондуктор.

— Щелк. — С перекошенным лицом я смотрел на кондуктора лет сорока в пенсне и смешной высокой красной шапке. Потайной клинок высочил из ножен сам по себе, на что кондуктор лишь рассмеялся.

— Да шучу я, шучу. У си изменился маршрут, а ци начал ездить частично по маршруту си, с городским транспортом у нас так всегда, никогда не знаешь что куда идет! — улыбнулся кондуктор, беря золотой из моей руки и, заговорщицки посмотрев на Теру, проговорил. — А золотые то у вас настоящие?

К счастью я никого не убил и когда сел на трамвай, что двигался на паровой тяге, ожидал что и на лодочной станции меня ждет такой же ужас. Но вот лодочники оказались лучшими ребятами из всех, что я встретил за весь день, они взяли деньги и за полчаса доставили куда надо. После всех этих сумасшедших городских я даже хотел расцеловать бородатого мужика-лодочника с перегаром, но это было ровно до того момента, как у самого берега он чуть не перевернул лодку, столкнувшись с рыбацкой шхуной. От чего он громко заругался на незнаком мне языке, а затем сказав: «ми приехали, платите» высадил нас на берег. И вот, не смотря ни на что, я стою перед открытыми каменными воротами, на арке которых написано:

— Третий клановый район, — тихо прочитала Тера, пока мой взгляд приковала плита, на которой были высечены названия кланов, что базировались в этом районе в своих огромных особняках.

Огромная плита-карта, на которой было изображено дерево, ствол у земли символизировал вход в район, те самые каменные ворота, у которых я стоял, и чем выше идти по дороге, тем больше ветвей улиц на дереве, где каждый листочек на ветви это дом клана. Дерди, Кости, Шань-кай, Тордоны, на карте были отмечены десятки кланов, но я все никак не мог найти тот клан, что искал.

— Каморо, — с придыханием проговорил я, смотря как на самой вершине дерева, на отдельной ветви висело около десяти листов, на котором словно под копирку было написано одинаковое название. — Каморо.

— Мы нашли их, братик, — сжала мою ладонь Тера, до боли вонзив свои коготки, и я почувствовал, как бьется её маленькое сердечко в груди. — Пошли?