Новый мир. Книга 4: Правда

— Не надо только снова этих отговорок. Мы уже убедились, что им грош цена.

И, конечно же, она оказалась права.

Минут двадцать спустя, не включая свет и не одеваясь, я не спеша подошел к эркеру, глядя на почти полную луну, висящую над домами сент-этьенской улочки и светящую прямо в наше окно. Простоял так пару минут в задумчивости, прежде чем услышал сзади мягкие шаги босых ножек, а затем ощутил, как Лаура прижимается ко мне сзади, выглядывая из-за плеча.

Словно по волшебству, как смена декораций в театре, небо заволокли темные облака, и за ними прогремел гром. Мы вдвоем смотрели, как мелкие капли барабанят в окно. Я вздрогнул, когда очередной раскат грома наполнил мне об артиллерийском огне. Даже не знаю, почему, но именно сейчас, стоя перед этим окном в темноте, я вдруг ощутил странное единение с пространством и временем, ощутил в одночасье присутствие всех своих друзей и врагов, живых и мертвых, близких и далеких: начиная от мамы с папой и заканчивая генералом Чхоном; начиная с Питера Коллинза и заканчивая Уоллесом Патриджем.

— Такое впечатление, что наступил момент истины, — попробовал поделиться этой мыслью я. — Знаешь, как в очень долгой книге, растянутой на много томов, которая вот-вот подойдет к концу. Все дороги сошлись в одну. И впереди — финал. То чувство, когда ты понимаешь, что пути назад нет, что все ставки сделаны, все решения приняты, и всё решится очень скоро, так или иначе.

— У каждой книги есть свой конец. Но он необязательно совпадает с концом главного героя. Бывает, что последними строками оказываются «и жили они долго и счастливо». И книга на этом заканчивается. А вместо нее начинается просто жизнь.

Лаура слегка погрустнела, поглядев на луну, и призналась:

— Я хотела бы сказать тебе, чтобы ты бросил всё, что затеял, и мы с тобой просто затаились где-нибудь вдвоем. Я даже верю, что это возможно. При определенном везении. Выйти из этой игры, скрыться из поля зрения — и о тебе забудут.

Не дождавшись ответа, она добавила:

— Но я полюбила в тебе именно того, кем ты есть, Димитрис. Человека, который способен на поступки. Видит перед собой цель. Со своими демонами, с которыми ему еще предстоит сразиться. И я не так глупа и самонадеянна, чтобы стараться переделать тебя в кого-то другого, утащить тебя куда-то в тихий мирок нарисованного кукольного счастья, о котором в тайне мечтает каждая девчонка. Я понимала, на что иду, когда признавалась себе в своих чувствах к тебе. Любить человека можно лишь целиком. Не какую-то его черту, не какое-то его проявление. Нужно принять его со всем, что у него есть. Нужно пройти с ним вместе через все, через что он должен пройти. Иначе — это не любовь.

— Ты утверждала, что не умеешь говорить таких вещей.

— Бывают дни, когда умею. Но не жди, что они будут случаться часто.