Сферы влияния (СИ)
- Автор: Коновалова Екатерина Сергеевна Avada_36
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Сферы влияния (СИ)». Краткое содержание книги:
«Вы похожи на моего брата», — так он ей сказал уже дважды. Гермиона сглотнула. Если Майкрофт в принципе был способен на симпатию к постороннему человеку, то это, пожалуй, было выражением максимальной её степени, потому что переводилось на человеческий язык как «вы похожи на того, кого я люблю». И, конечно, сказанные им в конце их последней встречи слова о том, что его спальня в её распоряжении. Произнеси нечто подобное другой человек, Гермиона не сомневалась бы в подтексте. Но Майкрофт играл словами с большой виртуозностью, и, помимо прямого смысла, был ещё дополнительный, и ещё один, а иногда — два.
«В случае необходимости, спальня по-прежнему в вашем распоряжении», — у неё в ушах эта фраза звучала до сих пор.
Гермиона вздрогнула от стука в дверь и тут же сняла запирающие заклинания.
— Мистер Кто? — произнесла она удивленно. Она не ждала его, уж точно не сегодня, но вот он, стоял, улыбался, чуть пританцовывая и поскрипывая лакированными туфлями.
— Мисс Ата! Вы зарабатываетесь, дорогая моя мисс Ата — время позднее!
— Мне приходится делать перерывы при работе со слепками, — пояснила она.
— Они все равно никуда не убегут, — пошутил мистер Кто, но шутка вышла, на взгляд Гермионы, плохой. — Я ознакомился со всеми вашими воспоминаниями. Кошмар, просто кошмар, — он театрально всплеснул руками. — Особенно семья Адамсов. Тут самое время сказать про семейку, но ведь сердце разрывается — уже не до шуток.
— Плохо то, что у нас нет уверенности, всех ли обскуров мы обнаруживаем, — сказала Гермиона. — Если они слабенькие, то могут и не привлечь внимание Министерства.
Мистер Кто прислонился к двери, почесал подбородок и сказал уже совершенно серьезно:
— Да, мисс Ата. Это проблема. Я над ней подумаю, и другие умные головы подключу. А вы идите отдыхать — мне нужно, чтобы вы мыслили здраво.
— Хорошо, мистер Кто, — улыбнулась Гермиона и действительно ушла домой.
И, понимая, что еще об этом пожалеет, сказала:
— Экспекто Патронум.
Шустрая выдра — ее личный патронус, а не заглушка невыразимцев, — появилась посреди комнаты, повела любопытным носом, принюхалась. Гермиона протянула руку и погладила ее — как будто коснулась теплой сухой воды — и велела:
— Найди Майкрофта Холмса, если он в городе. И, если он будет один, передай ему: «Майкрофт, добрый вечер. Есть разговор — можем ли встретиться сегодня после одиннадцати вечера? Дайте знать, если я могу прийти к вам на Роберт-стрит». Но только если он будет один.
Выдра растворилась в воздухе, но ненадолго — вернулась буквально спустя пару минут.
— Нашла его? — уточнила Гермиона. Выдра кивнула. — Передала? — еще один наклон головы. — Что он ответил?
Выдра повернулась в профиль к Гермионе и медленно, важно кивнула в третий раз, после чего растаяла. Гермиона засмеялась, а потом резко замолчала, ругая себя отчаянно. Почему она решила заглянуть к нему в гости, а не назвала любое нейтральное место? Что угодно было бы лучше. Кроме, пожалуй, варианта, при котором она приглашала его к себе домой — но этого она бы не сделала: ей куда проще добраться в любую точку города, чем ему.
Напомнив себе, что это ни в коем случае не свидание, Гермиона надела самый скучный из своих маггловских костюмов. Зеркало покрылось мутной пленкой и отказалось отражать ее в «этом убожестве». Она ругнулась на мерзкий артефакт, а потом зло ткнула палочкой в костюм и пробормотала
— Линтеум верте, — благодаря словесной формуле костюм трансфигурировался сразу весь.
Зеркало сменило гнев на милость и сообщило:
— Еще надо голову замотать тряпками — и в монастырь, — но, судя по тому, что согласилось показать отражение, все-таки одобрило наглухо закрытое черное платье больше, чем костюм.
И Гермиона, сверившись с часами, аппарировала на Роберт-стрит.
Глава двадцать шестая
Кабинет Майкрофта не изменился ни единой деталью, а сам Майкрофт, в обычном своем рабочем костюме стоявший у жарко растопленного камина и говоривший по телефону, настраивали на рабочий лад куда лучше, чем все аутотренинги.
Мысли, бешено скакавшие в голове Гермионы, мгновенно унялись, она легким движением поправила ворот платья, трансфигурировала стул для посетителей в кресло и села, практически не вслушиваясь в его разговор. Тем не менее, до нее доносились: «не возникло», «разумеется» и «в течение месяца», — из чего следовало, что его миссия, в чём бы она ни заключалась, была выполнена успешно.
Она успела полностью успокоиться и прокрутить в голове сценарий предстоящей беседы, когда Майкрофт завершил вызов, обернулся и улыбнулся ей той из своих улыбок, которая больше всего придавала ему сходство с живым человеком.
Во имя здравого смысла, Гермиона предпочла бы привычный жутковатый оскал, но — да, Мерлин свидетель! — она была рада этой улыбке и мягкому:
— Добрый вечер, Гермиона.
— Добрый вечер, Майкрофт, — сказала она. — Извините за этот поздний визит. Надеюсь, ваша поездка была успешной.
— Весьма, — он наклонил голову, — что не сделало её более приятной. Я не люблю полевую работу… всех форматов.
— Почему? — Гермиона, в общем-то, знала ответ, но ей хотелось его услышать.
— Люди, — отозвался он в кои-то веки предсказуемо. — Не люблю их… суету.
— И глупость?
— И глупость. Достаточно того, что я вынужден общаться с премьер-министром и членами Кабинета.
Это прозвучало достаточно оскорбительно и для министра, и для членов кабинета. Гермиона хмыкнула, но не была уверена в том, как стоит отреагировать, а Майкрофт, расположившись за столом, произнес:
— Полагаю, газеты вышли.
— И с впечатляющим фоторядом, заверяю вас, — ответила она, понимая, что ее лицо все-таки заливает мерзкая краска стыда. Пусть Майкрофт не видел фотографий — одно то, что он знал об их существовании, причиняло ей дискомфорт.
— Разумеется, — сказал он, внимательно оглядел ее, однозначно замечая пылающее лицо, и вдруг предложил: — Чаю?
Гермиона кивнула. В этом было что-то стабильное: кабинет Майкрофта, портрет королевы Великобритании на стене, горящий камин и чай. Антураж не менялся — менялись люди, судьбы которых предстояло решить.
Майкрофт нажал невидимую со стороны кнопку звонка, и ненадолго установилась тишина. Майкрофт перевел взгляд на огонь, а Гермиона как будто изучала дорогую раму королевского портрета, но боковым зрением невольно видела лицо своего собеседника. Возможно, это был обман зрения, но ей показалось, что тени вокруг глаз стали глубже, а контур скул — четче. В тот момент, когда беззвучная, незаметная горничная принесла поднос, Майкрофт шевельнулся и мгновенно, с реакцией, которой позавидовал бы квиддичный ловец, перехватил взгляд Гермионы, удержал, изучил — и только после этого отпустил.
Во всяком случае, Гермиона с трудом сосредоточилась на чашке чая, и даже то, что на подносе вместо печенья сегодня были пирожные, не помогло ей вернуть восстановленное было спокойствие.
— Любопытным способом вы мне прислали сегодня сообщение, — проговорил Майкрофт. — Кажется, это была выдра?
— Патронус, — ответила Гермиона и добавила: — Личный помощник и защитник. У каждого свой… — этого Майкрофту более чем хватило, чтобы заметить:
— Похоже.
— Осторожностью? — уточнила она. Про себя добавила: «Или слабостью?» Во всяком случае, она была достаточно слабой, чтобы взяться за маленькую чайную ложечку, которой, конечно, не собиралась мешать сахар, и чуть крепче необходимого сдавить ручку.
— Сочетанием сильного ума и неразумной эмоциональности.
Комплименты Майкрофта часто имели тонкую грань с оскорблениями. Но это всё-таки был комплимент, и он льстил больше, чем те слова, которые кто-либо другой мог бы адресовать её глазам, голосу или чему-то в этом роде. Гермиона ощутила что-то вроде смущения, но оно было не похоже на тот стыд, который она испытала, говоря о фотографиях, оно не жгло кислотой, а поднималось снизу вверх мягкой волной, так похожей на волны ее любимого океана. Она подняла глаза от чашки — и встретилась с Майкрофтом взглядом. Он смотрел, вопреки обыкновению, без холодности. Уже знакомым образом его зрачки расширились, заполняя почти всю льдисто-голубую радужку и оставляя видимым только узкий светлый контур. У Гермионы в горле встал ком, не давая вдохнуть, лёгкие сжало, как при аппарации, пальцы задрожали так сильно, что она была вынуждена стиснуть в них злосчастную ложечку.
Губы Майкрофта были плотно сжаты, крылья крупного носа подрагивали. Медленно он перевёл взгляд на её пальцы, протянул руку через стол и едва ощутимо дотронулся до её запястья. Гермиона не могла пошевелиться, как будто её сковало цепенящее заклятие, и всё, что она чувствовала, было прикосновение Майкрофта. Он аккуратно разжал её пальцы, забрал ложку и как будто погладил ладонь, прежде чем откинуться назад на спинку кресла и сложить руки на коленях.