Мокрый не боится дождя
- Автор: Воронина Алина, Киричек Людмила
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АТ
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Мокрый не боится дождя». Краткое содержание книги:
Владимир Николаевич смог, наконец, поведать жене трагедию отеля «Парадиз», упустив кое-какие детали, к примеру, про кристаллический цветок за собственной грудиной и, естественно, про смерть аниматора, о которой и сам в тот момент не ведал. Тем не менее Ольга уловила в интонациях нечто, что подсказало: ох, неспроста муж полез в альбомы. Однако виду не подала, а предложила позвонить Краснянским. Супруг идею одобрил.
Однако старички трубки стационарного телефона не подняли. Мобильный у них отсутствовал за ненадобностью.
— Краснянские — на пути в аэропорт, — предположила Ольга, положив трубку на рычаг.
— Уже?
— Но если учесть, что на железнодорожный вокзал они отправляются за три часа до отправления поезда, то в аэропорт должны сорваться за шесть.
Подстёгнутая неудачей, профессорская жена преисполнилась решимости довести начатое до конца.
— Ты запомнил хотя бы цвет альбома?
Супруг сокрушённо вздохнул, а ладонь, словно ища поддержки, легла на вместительное женино бедро.
— О чём рассказывала в тот момент Ида Соломоновна? — бесстрастно продолжала Ольга, делая вид, что не замечает происков руки.
— Ни о чём таком…
— И всё же? — в Ольгином голосе зазвучали учительские интонации.
Брови Садового напряглись и поползли вверх — чуть не до чуба.
— Речь заходила о какой-то Фиме.
— Не о какой-то, а о каком! Фима — это Ефим. Старший внук. Он родился с необычной правой рукой.
— С шестью пальцами?
— Наоборот. Не то с двумя, не то с тремя. Для него шьют специальные пиджаки, с удлинёнными рукавами. И представь, этот картёжник и балабол женился на самой красивой девочке из Житомира. Сейчас они оба в Лос-Анжелесе.
«Умеют же семиты хорошо устраиваться в жизни!» — подумал Садовой, но счёл тему настолько обглоданной, что продолжил путешествие по жениному бедру. Это не помешало Ольге заметить: обретавшийся в Штатах внук был упомянут не всуе. Имя «Фима» могло означать, что в руках Иды Соломоновны находился семейный альбом, перетянутый натуральной коричневой кожей.
Но каким образом туда затесалась аниматор отеля «Парадиз»? Вопрос остался без ответа.
— Она упоминала ещё кого-нибудь?
— Про Алёнку говорили.
Внучка Розы, младшей сестры Иды Соломоновны, точно сошла с иллюстрации к сказкам про Алёнушку. Это и способствовало закреплению за ней домашнего имени — Алёнка.
У всех женщин этой семьи, включая и Алёнку, были русские, украинские и белорусские отцы, что не препятствовало кровной связи с землёй обетованной. Правда, на расстоянии. «Слишком горячее солнце — мозги плавятся!» Тем не менее размягчение мозга не помешало всем Розиным домочадцам, включая славянских мужей, дружно выехать из Израиля и обосноваться в более комфортной и безопасной Германии. На исторической родине оставалась военнослужащая Израильской армии Алёнка, отдувавшаяся за всю родню. Именно ей принадлежало высказывание, почерпнутое из армейской политинформации:
«Бог Яхве дал нефть земле, сопредельной с обетованной, а израильтянам он даровал неисчерпаемые запасы духа.
Нефть может кончиться, но дух бесконечен: чем больше черпаешь, тем больше остаётся».
Упоминание Алёнки могло означать: они добрались до альбома с красными тюльпанами на чёрном фоне, чьё изготовление датировалось восьмидесятыми годами прошлого века. Появление в нём аниматора из «Парадиза» было вполне оправдано, ибо по возрасту она могла числиться среди Алёнкиных подружек.
— Но больше всего Ида Соломоновна склоняла какую-то Дину, — припомнил Владимир Николаевич.
— Дина? Но насколько я в курсе, в этом клане нет женщин с таким именем. Впрочем, это может быть их новая невестка…израильского разлива. А о чём, собственно, шла речь?
— По-моему, об изящной словесности. Она написала что-то…художественное.
— Так это не просто Дина, а Дина Рубина! Знаменитая писательница. Живёт в Израиле. Пишет на русском. Краснянские её обожают. Особенно книгу про Ташкент. Ида Соломоновна была там в эвакуации.
Супруг убрал руку с Ольгиного бедра и придвинул пирожное, которым они угощались у старичков и которыми те снабдили их при прощании, упаковав в пластиковый контейнер.
Ольга, отдав дань десерту, принялась размышлять вслух:
— А ещё у Краснянских есть особый альбом. В нём хранится так называемое «портфолио».
— Что в нём? — подал голос Владимир Николаевич, чтобы проявить хоть какой-то интерес к предмету, хотя на самом деле вся эта суета начала действовать ему на нервы. Он начал опасаться… Но чего именно, ему не дали сформулировать: