Пилигрим

— Юрий, — Дагер подошел ближе, протягивая руку. — Я тебя жду. Нужно поговорить.

Гарин ответил на рукопожатие, спросил без интереса:

— О чем?

Мичман посмотрел по сторонам, вполголоса ответил:

— Хотелось бы без лишних ушей. Можно в твоей каюте, или давай отойдем из коридора в сторону?

Юрий секунду раздумывал, не послать ли канонира куда подальше — он сейчас не был расположен к беседам. Однако, любопытство взяло свое.

— Заходи, — Гарин отпер каюту, сдвинул в сторону гермостворку.

Белобрысый мичман переступил порог, на миг осмотрелся.

— Присяду? — указал на стул.

Юрий рассеянно кивнул, закрыл дверь и уселся на койку.

Дагер опустился на край стула, подался вперед, упершись локтями о колени.

— Юрий, — начал он, пытливо вглядываясь в лицо Гарина. — Ты не устал рисковать своей жизнью?

— Странный вопрос, — глухо ответил Юрий. — Это моя работа.

— Как и моя, — горячо хлопнул себя по груди мичман. — Но у всего есть свои рамки. Я готов защищать свой дом, свою семью, но чем мы заняты здесь, вдалеке от боев? Ты — настоящий воин, ты тоже понимаешь всю абсурдность нашего задания в условиях войны!

Юрий никогда не доверял льстецам, даже если те говорили правильные вещи. Он поморщился, отвернул лицо в сторону.

— Я знаю, для тебя Империя не так важна, как для остальных, — видимо, Дагер сообразил, что зашел не с того конца, решил сменить тактику. — Но и у тебя есть семья, тебе тоже есть куда возвращаться. Только этот чертов полет угробит нас всех, понимаешь? А ради чего, скажи? Ради корпоративных боссов, вцепившихся в выгодную сделку? Или ради маразматичной прихоти капитана, которого давно уже пора списать на грунт?

— Давай-ка полегче! Что ты хочешь от меня? — Гарину не нравился разговор, казался несвоевременным и пустым.

Мичман сменил позу, с жаром потряс кулаком.

— Мы должны вернуться! Понимаешь? Обязаны! У меня сын растет, вторая жена яйцеклетку сдала для биоразгона. У многих больше месяца от родных вообще вестей нет. Страна разваливается как карточный домик, Язва системы сжирает, на «Полыни» то чудовища, то болезни. Но зато мы, — он сделал широкий жест. — Мы катаем гребанного Высшего по всему космосу, чтобы он какие-то гребанные частицы для своего гребанного эксперимента собирал. Ну не безумие ли?

Он хлопнул себя по ноге, с сожалением покачал головой. Сказал зло:

— Мы несколько раз ходили к капитану, по одному и делегациями. Как об стену горох. Даже не слушает. Пообещал в следующий раз сдать госбезопасникам.

Юрий повел плечами, выпрямляя спину. Приготовился встать и проводить Дагера прочь.

— Юрий, — канонир тоже выпрямился, торопливо переходя к сути. — Мы хотим принудить командование к возвращению домой. Делать это нужно сейчас, пока мы в пределах Млечного пути. Некоторые из нас уже доведены до отчаяния, готовы на крайние меры — до которых мы, само собой, доводить не хотим. Но если вдруг дойдет дело… Юрий, у нас могут возникнуть проблемы с «блохами».