Уплотнение границ. К истокам советской политики. 1920–1940-е

В это же время начинается проверка всего контингента политэмигрантов, нашедших убежище на территории СССР по рекомендации МОПР, Коминтерна или Профинтерна. Целью проверки было разоблачение «двурушников». НКВД и Разведупру было поручено составить список надежных лиц. На его основе комиссия в составе Н. И. Ежова, начальника Особого отдела ГУГБ НКВД М. И. Гая и Д. З. Мануильского должна была подготовить три списка: список иммигрантов, подлежащих выдворению за антисоветскую деятельность или по подозрению в шпионаже; список надежных иммигрантов, тщательно отобранных и предназначенных для работы в подпольных организациях Интернационала за границей; наконец, список тех, кого можно было оставить в СССР вследствие плохого состояния здоровья, неприспособленности к подпольной работе или в силу тяжести обвинений, выдвинутых против них на родине. Эта комиссия была также использована для проведения чисток в аппарате Коминтерна и его вспомогательных подразделениях. Под подозрением оказалась и сеть международных школ Коминтерна. Часть из них было решено перевести на территорию капиталистических стран с демократическим режимом, а другие – закрыть и после тщательной проверки выслать их участников, подозреваемых в связях с зарубежной полицией. Были разогнаны и общества помощи эмигрантам, прежде всего созданные латышской и финской секциями Коминтерна. Все эти меры были направлены на то, чтобы выслать как можно больше иностранцев.

Руководство НКВД упрекало МОПР в том, что она слишком щедро предоставляла убежище коммунистам, не подвергавшим себя значительному риску на родине. Отныне СССР принимал только политэмигрантов из стран, где царил массовый террор, а также тех, кому за границей грозило пожизненное заключение или смертная казнь. Подчеркнем, что в последующие годы Литвинову стоило огромных усилий добиться виз для евреев и коммунистов, бежавших от преследований. В начале 1939 года он писал Сталину, напоминая, что в Чехословакии разрешения НКВД на получение советской визы с беспокойством ожидали 250 коммунистов, которым угрожало гестапо в результате захвата Судетов[677]. В приграничных районах СССР проверка партбилетов, проведенная годом ранее, привела к исключению из партии всех лиц, не имевших советского гражданства[678].