Россия и Франция. От Петра Великого до Ленина

В Англии смерть Дизраэли, которого сменил более гибкий Гладстон, поначалу сняла напряженность в отношениях с Россией. Затем эти отношения испортились. После того как генерал Комаров в 1884 году присоединил Мерв и туркменские земли, Англия начала подозревать, что Россия хочет двинуться в направлении Герата, открывающего путь к Хайберскому проходу, а оттуда – к Индии. Угроза взятия русскими Герата в 1885 году вызвала в Англии серьезное беспокойство. Казалось бы, военный конфликт неминуем. Тем не менее Лондон и Петербург, осознававшие, какую угрозу несет война в таком отдалении от их жизненных центров, согласились на посредничество короля Дании Кристиана IX, тестя русского государя. Результатом стало русско-афганское перемирие, заключенное 10 сентября 1885 года и поддержанное Англией, затем Санкт-Петербургский протокол от 3 августа 1887 года, сохранявший за Афганистаном Зульфагарские проход и оазис, лежащие в ста десяти километрах от Герата. В ходе этого кризиса, который мог привести обе страны к вооруженному столкновению в Центральной Азии, Гирс продемонстрировал свой дар переговорщика. Министр добился договоренности, стабилизировавшей ситуацию в регионе. Он успокоил Лондон и заставил Бисмарка поддержать позицию России.

Едва удалось путем переговоров разрешить конфликт в Азии, как на Балканах разразился кризис, вызванный безрассудностью князя Александра Баттенберга, занявшего болгарский трон в возрасте двадцати двух лет. Являясь дальним родственником Александра III, его тезка, тем не менее, враждебно относился к России и намеревался вести политику без оглядки на нее. В 1881 году он захотел аннексировать Румынию. Горчаков этому помешал. Затем он попытался изменить политический строй Болгарии, приостановив действие конституции, что подрывало влияние России. Болгария, таким образом, становилась заложницей борьбы за влияние в ней между Петербургом и Веной. По-прежнему ведя себя безрассудно, Александр Баттенберг решил воспользоваться восстанием в Филиппополе (Пловдиве) и объединением Болгарии и Восточной Румелии, провозглашенным генерал-губернатором последней, чтобы объявить себя царем великой Болгарии, единство которой противоречило условиям Берлинского конгресса. Балканы балансировали на грани войны. Гирс требовал от партнеров по Союзу трех императоров выполнить свои обязательства и подавить болгарскую смуту, а Александр III организовал смещение князя, отправив в Болгарию генерала Каульбарса «помогать властям». Исход кризиса был неблагоприятен для России, потерявшей главного союзника на Балканах и попрощавшейся с мечтой о славянской солидарности. Вена порадовалась этому, а ее министр иностранных дел, граф Кальноки, в грозной речи отказал России в праве «брать на себя» управление Болгарией.