В кругах литературоведов. Мемуарные очерки
- Автор: Фризман Леонид Генрихович
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Нестор-История
- ISBN: 978-5-4469-1248-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «В кругах литературоведов. Мемуарные очерки». Краткое содержание книги:
Вера Яновна, для меня Верочка, профессиональный методист; с ее научным творчеством я, конечно, и знаком хуже, и понимаю в нем меньше, чем в том, что пишет ее муж, но что-то все-таки понимаю: я ведь проработал школьным учителем тринадцать лет. Поэтому оценить своеобразие, оригинальность, прицельную выдумку, которые характеризуют подготовленную ею книгу «Пушкин в школе», способен.
Господи, сколько я перевидал таких книг! Кажется, наперед известно, что в них найдешь… Кто подумает так о книге «Пушкин в школе», ошибется. Пушкин сказал, что один план «Ада» есть плод высокого гения. Я часто и по разным поводам вспоминаю эту его мысль. Не потому, уверяю вас, что, по моему мнению, такие, как Данте, часто встречаются, а потому, что не только «Ад», а именно «один план» может заключать в себе открытие, идею, открывающую нечаянные перспективы, словом, быть «плодом высокого гения». План Веры Яновны состоял в том, чтобы не писать книгу «Пушкин в школе», а составить ее из всего лучшего, что написано, и писать лишь тогда, когда написанное прежде не удовлетворяет. Это не хрестоматия, это особо умелое использование возможностей хрестоматии. Учитель не может рыскать по бескрайнему полю пушкиноведения, выискивая, кто лучше всех написал об «Онегине», а кто – о «Цыганах». Составительница проделала эту работу за него. И, опираясь на свой колоссальный опыт, отобрала не просто лучшее, а наиболее пригодные для подготовки к уроку варианты литературоведческих статей и методических работ за 100 лет существования методики. В приватном письме Л. Я. Гинзбург очень высоко оценила этот труд. А книжек и статей Верой Яновной написано тоже немало. Среди них школьные учебники для 5-9-х классов.
Я не знаком с докторской диссертацией Веры Яновны, но знаком с научно-методическим творчеством ее оппонента Володи Маранцмана, знаю об отношениях этих двух людей и считаю не просто удачей, а благословением судьбы то, что они нашли друг друга.
Вера Яновна – женщина строгая, у-у-у! какая строгая! она строго следит за тем, чтобы ее муж ел вовремя и ел то, что ему предписано. Когда я попадал в ее дом, она строго осматривала меня и требовательно оценивала, как я одет, и строго указывала на то, что не так… Я не раз слышал, как она говорит о людях в их отсутствие, но никогда не бывало в ее словах ни осуждения, ни даже стороннего безразличия. Чаще всего сочувственные слова о том, что кому-то почему-то плохо, что кто-то обижен, что кто-то нуждается в помощи. Такая вот у нее строгость. После того как Валик написал предисловие к сборнику моих статей, она сердито сказала: «Да он весь список твоих работ изучил!» Что было в ее словах? Упрек? Недовольство? Расскажите это кому-нибудь другому.
Я видел Валика и Верочку в последний раз в 2014 году, когда приезжал в Москву на конференцию, посвященную 200-летию со дня рождения Лермонтова. Был там недолго и до такой знакомой, такой родной мне квартиры на улице со странным названием «26 Бакинских комиссаров» не добрался. А за это время произошло столько и такого, что вспоминать об этом нет ни малейшего желания. Мне не нужно обсуждать эти события с моими друзьями, чтобы знать, как они их воспринимают. Я никогда не забуду, как в сумятице начала 90-х в Москве появился вздорный слух, что на Украине бьют евреев, и как Валик мне позвонил и кричал в трубку: «Сейчас же приезжай и живи у меня!» Не беспокойся, мой дорогой, мне ничто не угрожает, и спасать меня не надо. Мне надо только, чтобы мы как можно дольше были друг у друга.