Византия в эпоху иконоборчества

Последний год своего царствия Никифор ознаменовал новыми финансовыми мерами, направленными на укрепление государственной казны. В частности, ввел налог на лошадей, стада, урожаи и плоды, деятельно взыскивая недоимки в бюджет. Население было очень недовольно своим царем, и ему приписывали многие поступки, нелепые во всех отношениях. Царское терпение к манихеям, павликианам и иконоборцам многократно интерпретировали и признали очевидным признаком монаршего богохульства. Государственный контроль над средствами епископов и монастырей, для осуществления которого привлекались даже воинские части, также не добавил императору авторитета. Ненависть к нему дошла до того, что один монах, отобрав меч у воина, ворвался во дворец, чтобы убить василевса. Двое стражей, стоявших у входа во дворец, были им ранены, монаха схватили, пытали, а затем, ничего не выведав, отправили в колодках в ссылку[418].

Завершив дела в Константинополе, император вместе с Ставракием в мае 811 г. отправился в действующую армию, воюющую с болгарами. Напоследок, оставляя вместо себя патриция Никиту, он приказал тому увеличить налоги с монастырей и собрать со знатных лиц налоги за 8 лет вперед. Было в казне достаточно средств или нет — остается гадать, но в любом случае они были направлены не для вооружения армии. Собрав довольно большое по численности войско, император не сумел достойно вооружить собственных солдат, и те оказались во множестве своем безоружными, имея в руках лишь пращу или самодельную пику. Правда, Крум не знал истинного состояния боеспособности византийской армии и, услышав о многочисленности наступавшего противника, направил к Никифору I послов просить мира. Но, опьяненный кажущимся успехом, царь отказал ему в этом.

Войдя в Болгарию в июне 811 г. несколькими колоннами, византийские передовые части дважды сталкивались с болгарами, и оба раза удачно для себя — очевидно, Крум был застигнут врасплох их нападениями. В первом сражении византийцы опрокинули 12‑тысячную болгарскую армию, а затем разбили войско численностью до 50 тысяч человек. И хотя цифры, возможно, завышены, они позволяют оценить масштаб побед византийцев. Наконец, обе колонны греков сошлись возле города Плиски, который довольно быстро взяли штурмом[419].

Император захватил богатую добычу (все золото, собранное болгарами за 100 лет) и даже сжег дворец Крума. Никифор I тщательно следил за тем, чтобы добыча была собрана полностью (все-таки в нем было больше от финансового чиновника, чем от полководца), и мародерам по его приказу отрезали уши. Хан вновь прислал посла со словами: «Ты победил; итак, возьми, что тебе угодно, и ступай с миром!» Но император опять отверг мирное предложение — как выяснилось, себе на погибель. После одержанных побед византийцы окончательно утратили дисциплину и демонстрировали редкую самонадеянность и беспечность.