Весь Мегрэ. Том 3 [компиляция]

— Вы знаете его фамилию?

— Нет.

— Имя?

— Тоже.

— Он был не очень разговорчив?

— Вообще ничего не говорил… Садился в первое попавшееся кресло, прикрывал глаза и позволял делать с собой все, что угодно… Это я попросил его отпустить усы и бородку… Сейчас это входит в моду, и молодые парикмахеры должны научиться их стричь, что гораздо труднее, чем может показаться…

— Как давно это было?

— Месяца три-четыре назад.

— До того он ходил без бороды?

— Да… У него были шикарные волосы, с которыми можно делать все, что захочешь…

— И долго он к вам ходил?

— Года три или четыре…

— У вас здесь только клошары…

— Почти без исключения… Они знают, что в обед или вечером каждый получит пятифранковую монету.

— И он тоже?

— Разумеется.

— Он был знаком с некоторыми вашими завсегдатаями?

— Я ни разу не видел, чтобы он заговаривал с кем бы то ни было из них, а когда обращались к нему, делал вид, что не слышит.

Было около полудня. Ножницы защелкали быстрее.

Через несколько минут перемена, как в обычной школе.

— Вы живете в этом квартале?

— Я вместе с женой живу на втором этаже этого дома, как раз над этой комнатой…

— Вам доводилось встречать его на улицах квартала?

— Не припомню… Во всяком случае, если бы это случилось, меня бы не удивило… Простите, но занятия заканчиваются…

Он нажал на кнопку электрического звонка и сел за своего рода прилавок, к которому тотчас выстроилась очередь.

Мегрэ медленно спустился по лестнице. Проработав столько лет в уголовной полиции, в том числе в патрульной службе и в отделе по охране вокзалов, он считал, что знает всю парижскую фауну. Но он не припоминал, чтобы встречал такого человека, как тот, кого называли Аристократ.

Он медленно направился к машине, стоявшей на углу улицы Рамбюто. Торранс подошел к ней почти одновременно с ним, стирая со лба пот.

— Нашел что-нибудь?

— Сначала булочную на улице Синь, где он покупал хлеб…

— Он ходил туда каждый день?

— Почти. Чаще всего ближе к полудню…

— Хозяйка о нем ничего больше не знает?

— Ничего. Он едва раскрывал рот, чтобы сказать, что ему нужно.

— Ничего другого он не покупал?

— Там — нет. На улице Кокийер он покупал вареную колбасу или сервелат… Там, на углу улицы, стоит продавец жареной картошки, который также продает, особенно по ночам, и горячие сосиски… Случалось, около трех часов ночи он покупал порцию жареной картошки и сосиску… Я показал фотографии в двух-трех бистро. Периодически он заходил туда, всегда выпить чашечку кофе. Ни вина, ни водки он не пил…

Портрет становился все более странным: Аристократ, если называть его тем прозвищем, что употребил месье Жозеф, похоже, не имел никаких контактов с другими людьми. Похоже, по ночам он работал на рынке, когда его нанимали разгрузить машину с овощами или фруктами.