В тени большого взрыва 1977

Чтоб никто не беспокоил, отдал костюмерам на очистку бурку, а сам, накинув куртку, спрятался в одном из трейлеров, предупредив преследовавшего меня Кравцова, чтобы тот разбудил через пол часа и не мешал спать.

— Всё потом…

Тот покрутил у виска и насвистывая ушёл, ну а я моментально вырубился, расположившись на задних сидениях…

Гэбист не подвёл и таки сумел растолкать меня через какое-то время…

Зевнул, чуть поругался спросонья и пошёл выполнять свой музыкальный долг, предварительно зайдя в свой автобус и глотнув там для успокоения души и тела.

Ансамбль «Берёзка» отыграл и отплясал, и под овации всего лётного поля ушёл на заслуженный отдых. Я же, пробравшись за колонками, поднялся с задней части сцены к настраивающему барабаны Мефодию.

— Сашок! Это ты? — спросил, обернувшись тот.

— А-то, — проговорил пионер.

— Ну ты даёшь. Что мы аж испугались за тебя. Прям рыцарь, спасший принцессу!

— Почти. Где Сева?

— Снимает с себя маскарад — переодевается.

— Это хорошо. А как тебе выступление Марты?

— Вообще отлично! Ты смотри, что делается у сцены! Правда начальство в шоке и валокордин пьёт, а всем остальным очень понравилось. Все просто в ах**!

— Вот и славно!

— Ты иди отдохни, — посоветовал мне Мефодий.

— Успею, — отмахнулся я, глядя на бескрайнее море. — Я вот что думаю. Все эти выступления немцев… тебе не кажется, что заграничная эстрада качественно выросла за последние час-два?

— Думаю они классно выступили, — согласился коллега.

— Но мы тоже были не лыком шиты и не угодили в просак. А «Мифа»?

— Точно, Санёк, — хмыкнул тот, подстраивая альты под себя.

Я посмотрел на ликующую толпу, кивнул в её сторону и спросил:

— Ну как тебе? А?

Тот сначала не понял о чём я спрашиваю, но потом проследил мой взгляд и выкрикнул: — Ах***!

— АААА!! — заорала толпа в ответ.

— АААА! — хохотнул я, сообразив, что мой голос транслируется из колонок, попадая в микрофоны, озвучивающие ударную установку. Долбанул по тарелке, помахал зрителям рукой, и под одобрительное: «ААА!», пошёл в гримёрку погреться, предварительно пожелав Лилиному, прости Господи, бойфренду, удачи.

К моему удивлению, у своей гримёрки застал огромную толпу каких-то левых людей, которые мешали пройти. Пробился через толпу, порылся в сумках и, ничего не обнаружив, пошёл к синеволоске, надеясь, что та ещё не пришла в себя и всё не выпила.

Однако ошибся. Та пришла в себя, уже переоделась и, сидя рядом с репортёрами, дала что-то типа интервью под присмотром папы и ещё каких-то мужиков в костюмах.

Увидев меня, они замолчали и уставились, широко открыв глаза. Снял папаху и зашёл внутрь «гримёрки».

— Нам надо поговорить, — сказал я.