Весь Мегрэ. Том 2 [компиляция]

— В газете об этом ничего нет. Если даже она это сделала, репортер сохранил сведения для себя и, возможно, сейчас сам ведет поиски этого человека.

— Остановись. Это здесь.

Как и ночью, днем бульвар выглядел мирным, внушающим доверие.

— Ждать вас?

— Нет, пойдешь со мной. Вероятно, придется поработать.

Застекленная дверь привратницкой находилась слева по коридору. Консьержка, пожилая женщина почтенного вида, выглядела озабоченной.

— В чем дело? — спросила она, не поднимаясь с кресла. С ее колен спрыгнул рыжий кот и стал тереться о ноги Мегрэ.

Комиссар представился, сняв шляпу и стараясь говорить как можно почтительней.

— Господин Пуан поручил мне провести расследование по поводу кражи, которая произошла у него два дня назад.

— Кража? В нашем доме? И он мне ничего не сказал!

— Он подтвердит это при первой встрече, и если вы сомневаетесь, позвоните ему по телефону.

— Не стоит. Раз вы комиссар, я должна вам верить, не так ли? Как это могло случиться? Дом у нас спокойный, и за все тридцать пять лет, что я здесь служу, нога полицейского ни разу не ступала сюда.

— Не могли бы вы попытаться восстановить в памяти позавчерашний день, вторник, особенно утро?

— Вторник… Подождите… Позавчера…

— Накануне, вечером, министр был у себя.

— Да-да, что-то припоминаю…

— Открывали ли вы двери кому-нибудь ночью после ухода министра?

— Точно нет. Наши жильцы — люди тихие и редко приходят после полуночи. Если бы это случилось, я бы, конечно, запомнила.

— А утром в котором часу вы открываете дверь?

— В половине седьмого. Иногда в семь.

— А потом сидите у себя в привратницкой?

Это была небольшая комнатка с газовой плитой, круглым столом и водопроводной раковиной. За перегородкой стояла кровать, застеленная темно-красным покрывалом.

— За исключением того времени, когда подметаю лестницу.

— В котором часу?

— Не раньше девяти. Сначала я разношу почту, а ее приносят в половине девятого.

— Дверцы у лифта застеклены, и вы, вероятно, с лестницы видите, кто поднимается или спускается?

— Конечно. Я всегда машинально смотрю на лифт.

— А в то утро никто не поднимался на пятый этаж?

— Точно нет.

— А утром или днем кто-нибудь спрашивал вас, дома ли министр?

— Никто. Вот по телефону звонили.

— Вам?

— Нет. Министру.

— Откуда вам это известно?

— Я была в это время на лестнице между пятым и шестым этажами.

— В котором часу это было?

— Пожалуй, в десять, может, чуть раньше. Мои ноги уже не позволяют мне быстро работать. Я услышала за дверью телефонный звонок. Звонили долго. А минут через пятнадцать, когда я окончила уборку и спускалась вниз, телефон снова зазвонил. Я еще проворчала: «Звони, звони!»